— И это… — он вдруг стал серьёзным и, сурово заглянув мне в глаза, протянул правую руку для пожатия. — …я знаю, что ты сделал с тем Юлькиным мудаком. Как мужик мужику — уважаю. Но, как Юлькин отец, твои яйца с прицела не убрал. Сам понимаешь…
— Не дурак, — хмыкнул я и пожал батину руку. Сильно. Чувствуя, как он хрустит костями моей.
— Ну, что? За стол-то позовёшь, или так и будем у порога глазки друг другу строить?
— Хреново как-то вы мне строили. Не заметил искры между нами, — хмыкнул я, поиграв бровями.
— Ты попизди мне ещё тут, — хохотнул батя и по-отечески потрепал меня по башке.
— Пошли за стол… Алёша, мля.
Глава 35. Юля
Можно ли руками повернуть мамину голову так, чтобы она перестала так пялиться на Лёшу через весь стол? Не до щелчка, конечно, но всё же… Мне уже неловко от её взглядов.
— Зачем ему столько татуировок? Даже на пальцах! Он весь так изрисован? И ноги тоже? Они точно не тюремные? — шептала она периодически нифига не тихо.
— Мам, это просто татуировки. Какие-то со смыслом, какие-то просто красивые рисунки.
— Красивые? — повела она скептически бровями.
— Да, мам.
— Тебе, правда, это нравится? — наконец-то, она отвернулась от Лёши.
— Очень. Не вижу в этом ничего такого. К тому же, Лёшу характеризуют его поступки, а не то, что у него нарисовано на коже.
— Ну, не знаю, дочка… — мама прихватила бокал вина. Очередной за сегодняшний вечер. Снова оценивающе посмотрела на Лёшу, который отлично себя чувствовал в компании Вари и моего папы, и, вздохнув, произнесла.
— Вы точно не торопитесь? Так мало знакомы и уже общий дом…
— Это Лёшин дом.
— Он сказал, что ваш. Общий.
— Ну, мало ли что он сказал. Да и какая разница, чей это дом? Вопросы имущества меня сейчас не интересуют, мам. У нас просто семейный ужин. Знакомься, общайся. Без оценки кошелька, мам.
— Ну, мы же должны с отцом понимать, кому мы отдаём своих дочку и внучку?
— Отдают пакет старых поношенных вещей, потому что не жалко. А Лёшу мы с Варей выбрали сами. Как и он нас.
Я тоже взяла бокал с вином и поймала Лёшин взгляд.
Улыбнулась ему и получила в ответ едва заметное подмигивание.
— Варя его уже папой называет. С ума сойти! — качнула мама головой.
— Не всегда. Иногда Лёшей. Чаще — Лёшей, — уточнила я.
— Ну, это до поры, до времени, — знающе кивнула мама. Снова пригляделась к Лёше, как к музейному экспонату и, осушив остатки вина в бокале, заключила. — А, вообще, знаешь, по нему видно, что он хороший. Да и Варя к нему тянется.
