– Вот, господин Гуров, – обратился Родригес к сыщику, – ваш наблюдательный пункт. Отсюда вы можете видеть все, что происходит в зале. А если вам потребуется поговорить с кем-то из артистов, то вас проводят в другое место.
– Зачем такие сложности? – удивился Гуров. – Можно было бы и здесь поговорить.
– Нет, здесь нельзя, – возразил хозяин. – Артисты не должны знать о существовании этой комнаты. И вообще никто не должен знать. Поэтому я был бы вам весьма признателен, если бы вы…
– Ладно, я в метро никому не буду рассказывать, – обещал сыщик.
– И по телевидению говорить об этой комнате не буду. Сохраню вашу страшную тайну. Разве что генералу расскажу… Куда смотреть – сюда?
– Да, вот в эти окуляры, – кивнул Родригес. – Тут установлена хорошая оптика. Вы сможете видеть все происходящее в зале до малейших деталей. Кстати, вы вовремя – представление только начинается. А я вас оставлю.
Он ушел, а сыщик сел в кресло и прижал глаза к окулярам. Перед ним открылся зал. Посреди него находилась небольшая сцена, которая была ярко освещена.
Остальная часть зала тонула в полумраке. Над сценой с потолка свисала пара цепей и еще пара толстых канатов. «Что они тут, лазаньем по канатам занимаются, что ли?» – подумал сыщик. Вскоре выяснилось, что он сильно заблуждался.
Заиграла музыка, и на сцену вышли четверо молодых людей, одетые в облегающие джинсы, майки и рубашки-ковбойки. Под ту же музыку они разыграли что-то, что можно было назвать «ковбойской вечеринкой». По кругу ходили бутылочки (по-видимому, с пивом), парни шутливо боролись, легко и непринужденно делали сальто, прыжки и повороты.
При этом они постепенно избавлялись от деталей одежды. Сначала на пол полетели рубашки и шейные платки, за ними последовали майки. Открылись прекрасно вылепленные мужские торсы, мускулистые руки. В этот момент Гуров просто физически почувствовал исходящее из зала волнение. А поведя окулярами по зрительницам, увидел, как блестят у них глаза, как неотрывно они смотрят на сцену. Кстати, тут сыщик отвлекся от представления, чтобы рассмотреть зрительниц внимательнее.
Да, тут были одни только женщины. Их было чуть больше двадцати. Большинству было около пятидесяти, однако сыщик заметил несколько молодых лиц и, наоборот, несколько дам в возрасте за шестьдесят."
"Внимательно осмотрев весь зал, Гуров нашел и ту, из-за кого сюда пришел. Юлия Забелина сидела у стены, одна за столиком, и неотрывно смотрела на сцену. Ее лицо выражало блаженство, а в какой-то момент даже экзальтацию.
