– Тогда дуй на Петровку, Лев Иванович, и пробей Долецкую по всем нашим базам, – сдвинул брови Гойда. – Просто так ребенка у матери не похищают. Должна быть причина."
"– Ну не надо мне только очевидные вещи объяснять, – ответил Гуров. – Разумеется, поищу причину похищения мальчишки. Но пацан, возможно, ушел сам. Этого тоже исключать нельзя.
– Как так? – не понял Гойда. – Посмотрел на то, как кто-то лупит его маму, и решил, не теряя времени, прогуляться перед сном?
– Дети, Игорь Федорович, живут не умом, а хотелками, – поучительным тоном произнес Гуров.
– Бывает, что идут туда, куда глаза глядят. Помнишь случай, который лет пять назад был? Ну зимой, когда мать головой о лед ударилась?
– Не напомнишь?
– Зима, скользко. Мама упала, ударилась головой о лед, потеряла сознание, потом попыталась встать. А ее пацан, который в это время играл в трех метрах от нее во дворе, решил пройтись. Про маму он и не вспомнил. Погулять захотел, паршивец.
– Да, Лев Иваныч, припоминаю. Тоже маленький ребенок ведь был.
Но его, кажется, быстро нашли? Участковый, который, к счастью, проходил неподалеку, и матери помог, и ребенка догнал. Не наш случай.
– Не наш. Зато начало как подходит, а?
Не так уж часто Льву Ивановичу приходилось иметь дело с детьми. Пару раз он был вынужден общаться с ними на каком-либо мероприятии, куда кто-то из приглашенных приводил отпрысков. Что же касается непосредственно службы, то преступлений, в которых были замешаны дети, и подавно можно было по пальцам пересчитать.
Но и в них в большинстве фигурировали подростки, а не малолетние дети. Потому Лев Иванович никак не мог собраться с мыслями. Точнее сказать, не складывалась в мозгу полноценная картинка случившегося. Пусть даже условная. Искать причину нападения на молодую женщину ему было проще и привычнее, чем докапываться до того, почему вдруг исчез маленький человек. И самым сложным было то, что Лев Иванович и хотел, и одновременно боялся его найти. И свой, и чужой опыт подсказывали ему, что поиски не всегда могут увенчаться успехом.
– Ну что, поеду тогда на Петровку, – решил Лев Иванович.
В этот момент послышался звук открываемого рядом дверного замка. Гойда и Гуров одновременно повернули головы в сторону квартиры, расположенной по соседству с квартирой, откуда они только что вышли.
Это была соседка Долецкой. Невысокая, худенькая, темноволосая девушка в огромной серой толстовке, безразмерных спортивных штанах и таких же великанских пушистых тапочках.
