Джунгли для нас так же чужды, как и для вас. Это не лучшее убежище, здесь бывает слишком опасно. Лишь немногие отваживаются прийти сюда. – Он вздохнул и добавил: – Раньше мы жили в Белом лесу, в дружбе с одной деревней.
«Так вот оно что, – подумала Рена. – Могла бы и догадаться, что этот клан тесно связан с людьми».
– Вы можете говорить на своём языке – я всё понимаю, – сказала она.
– Я знаю. – Он снова ответил на дарешском.
«Упрямый», – подумала Рена.
Остальные полуаисты тоже держались до странности сдержанно.
Некоторые собрались на земле и сидели, скрестив ноги и опершись на раскинутые пернатые руки. Они выглядели боязливо и настороженно. Другие остались в гнёздах, которые они построили высоко, в густых кронах джунглей. «Возможно, они до сих пор не оправились от испуга и не желают даже приближаться к людям», – подумала Рена.
Раздумывая, что ей предстоит совершить, она почувствовала, как мужество её покидает.
Страх высоты
Рена поблагодарила Ии’кипо и подошла к остальным полуаистам. Их тихие разговоры тут же смолкли.
Рена почувствовала, как на неё устремились внимательные взгляды. Она присела рядом, достала из кармана нож и кусок дерева, из которого пыталась вырезать фигурку. Она работала над небольшой скульптурой – головой хорька, которой старалась придать черты лица Крланхо, и пока была довольна результатом. Ей по-прежнему нравилось работать с деревом, хоть после случая с Источником пришлось оставить учебу, и у неё до сих пор не было диплома мастера.
Люди-аисты как завороженные смотрели на неё, а Рена еле скрывала довольную улыбку.
Наконец, один юноша осмелился спросить её на своём языке:
– Что ты делаешь?
– Я вырезаю картину из дерева, так мы называем резьбу, – ответила Рена на дарешском. – Хочу сделать статуэтку похожей на моего друга-хорька.
– Понимаю, – кивнул молодой аист. – Ии’хато делает нечто подобное, только с травой и листьями. Каждый раз, когда мы разбиваем лагерь, каждый раз. – Он указал на пернатого друга, сидевшего на другом краю группы. Заметив, что о нём заговорили, тот приветливо кивнул и застенчиво улыбнулся.
Юноша сразу понравился Рене.
– Как тебя зовут? – спросила она.
Молодой аист гордо пригладил чёрные перья:
– Ии’нино! А ты – женщина тысячи языков.
– Зови меня просто Рена. Так будет правильнее. – Она высунула язык и указала на него, подтверждая, что язык у неё только один. – Я понимаю, имя, которым ты назвал меня, должно бы означать, что я владею многими языками. Но звучит так, будто я какое-то чудовище.
