Хоть он и не жаловался, было видно, что устал. Через некоторое время Лу, отдохнув, пошла сама.
Золотой шпиль медленно поднимался нам навстречу из густой зеленой пены. С наступлением рассвета он засверкал так ярко, что слепил глаза. Он вырастал, приближался. Столица была где-то совсем неподалеку, однако, словно заколдованная, ускользала от утомившихся путников.
Я ожидала, что вот-вот начнутся поля и наезженные дороги, как это обычно бывает. Но вдруг, наряду с деревьями, нам стали попадаться дома – поначалу разрозненные.
Постепенно начали вырисовываться и улицы, хотя каждый дом все равно стоял наособицу. Город переплелся с лесом. Правда, чем ближе мы подходили, тем выше становились здания, деревья отступали, грунтовые дороги сменились на мощеные. Дворец, скрытый белокаменными стенами, скользнул по правую руку и остался позади – мы шли дальше.
Прохожие подозрительно косились на оборванцев, Эйдена никто не узнавал. Конечно, едва ли они видели своего повелителя в образе оборванца.
Мы приблизились к трехэтажному дому.
Эйден поднялся на крыльцо и пару раз звучно ударил в дверь кулаком, словно молотом. Мы с Лу, не осознавая, что делаем, прижались друг к другу. Чего ждать от этого визита? Вдруг хозяин дома в заговоре с Рореном?
Мне почудилось, что наверху приоткрылись ставни, тени скользнули вдоль окон первого этажа. Минуту было тихо… А потом дверь распахнулась и на пороге появился старик в потрепанном домашнем жакете. Но взгляд у него был острый, а движения энергичные.
– И каково оно – быть крусбысом, дуралей? – хрипло спросил он.
А потом поманил Эйдена рукой и прижал к груди его всклокоченную рыжую голову.
– Дуралей… – тихо повторил он. – Я уже и не надеялся тебя увидеть!
– Я тоже рад тебя видеть… Гарольд… – Голос Эйдена дрогнул. – Прости… за все.
У старика затрясся подбородок, но он быстро овладел собой.
– Сколько у тебя осталось дней, Ден?
* * *Вот она – мысль, которая не давала мне покоя! А ведь Эйден ничего не утаивал, но я просто закрыла глаза на правду. Он знал, что вернулся ненадолго…
В сердце будто вонзился острый осколок.
Я, задохнувшись, прижала руки к груди. Мама умерла. Аид женится на другой. Теперь и верный друг покинет меня навсегда.
– Тэмми, ты что? Что случилось? – затормошила меня Лу.
Я не собиралась портить последние дни Куся рыданиями и жалобами. Натянула на лицо улыбку:
– Просто… устала…
Теперь и Гарольд обратил внимание на то, что правитель прибыл в компании двух чумазых и всклокоченных девчонок.
