Отыскалась и одежда: хозяйка дома, жена графа Гарольда, перерыла сундуки и нашла два старомодных платья времен своей юности. Они пропахли травами от моли, но в целом смотрелись неплохо. На мой взгляд. Лу же кривила нос, рассматривая себе в зеркало.
Горничная соорудила нам совершенно одинаковые прически, и теперь мы с Лу были похожи как никогда.
С кухни потянуло ароматами готовящейся еды, и у меня подвело живот от голода: я не ела почти сутки.
– Последняя еда – булочка и стакан молока, – произнесла я вслух по старой привычке.
– Мы сидели на подоконнике, а потом заявилась Лаура. Помнишь, Кусь?
Мне никто не ответил. А ведь обычно, стоило мне обернуться, мой рыжий пушистик всегда был рядом. Поддерживал, утешал… Как же я буду без тебя, Ден?
– Госпожу просят к столу! – возвестила горничная.
Я побежала вприпрыжку и в коридоре столкнулась с Лаурой, которая, несмотря на то что была голодна не меньше меня, шла не торопясь. Пришлось показать, что и я не лыком шита.
Мы степенно спустились в столовую, где за длинным столом нас уже ждали.
Ден указал мне пустующее место рядом с собой, Лу усадили по правую руку графа. Через секунду наши тарелки наполнились необычной едой: фиолетовыми полосками рыбного филе, маринованными соцветиями, кусочками теста в золотистой подливе. Я опасливо попробовала, но тут же принялась уплетать за обе щеки.
Эйден ел неспешно, резал еду на небольшие порции. Наверное, следовал этикету.
– А все-таки котом быть проще, да? – пошутила я, наклонившись к его плечу.
– Жалею только о том, что не доел ту сыровяленую колбаску, – вздохнул он.
Мы улыбнулись друг другу. Правда, поболтать нам не удалось. Оказывается, на обеде присутствовали люди из торгового представительства: Гарольд собрал всех, кого сумел найти за такой короткий срок. Нас поприветствовали и продолжили беседу.
– Приказал выставить из Университета всех иномирцев, – перечислял один из гостей. – И ладно бы высылал из Тирра! Кого-то поставил на учет, кого-то арестовал. Он с каждым днем становится все подозрительнее, всюду ему мерещатся заговоры и предательства.
– Помнишь Визена, Ден? – подхватил Гарольд.
– Толстяка Визена? Конечно!
– Погиб в подземелье. Показался мерзавцу неблагонадежным…
С каждым новым словом Эйден мрачнел все сильнее. Сжимал в руке вилку так, что та согнулась.
– Распустил торговое представительство! – воскликнул худощавый мужчина с другой стороны стола. – Теперь он правит единолично."
"– А крусбысы! – спохватилась графиня. – Вы ведь ему еще не рассказали.
