– Это ты, братец, загнул!
Худое щетинистое лицо «окруженца» потемнело. Резким движением он запахнул шинель, бросил окурок и сплюнул на пол:
– Видал героев! В бою бы вас поглядеть! Фрицы дадут вам прикурить! В общем, война проиграна… – Он снова ядовито ругнулся.
Все опять переглянулись, не зная, чем ответить на такие слова. Первым отреагировал Кругляков. Он придвинулся к «окруженцу» и произнёс с расстановкой:
– Ты вот что, как тебя там… а ну-ка, покажи документы.
– А ты не начальство мне! – рявкнул незнакомец. – Сходи постреляй с моё! – И снова выругался.
– Прекратить материться, слышишь! Покажи документы! – В голосе сержанта прозвучала угроза. – И кончай тут панику разводить! Окруженец, видишь ли! Может, ты просто дезертир.
– Но-но! – с этими словами ночной гость растолкал бойцов и выскочил за дверь. Но уйти ему не дали, доставили в штаб батальона.
Наблюдая за всей этой сценой, Евгений испытывал двоякие чувства. С одной стороны, он был горд за своих товарищей. И моральный дух, и культурный уровень у них был, что называется, на высоте.
Таких не просто сбить с пути и посеять в их умах панику. С другой стороны, было обидно за духовно опустошённых людей, каким показался ему этот мнимый окруженец. Благодаря таким, как он, агрессоры, во-первых, подпитывали иллюзии о своём расовом превосходстве над другими, во-вторых, чувствовали себя на чужой земле вольготно. Именно из-за таких паникёров и трещал сейчас по швам фронт.
В четыре часа Ануфриев заступил часовым. Предутренние часы – самое трудное в караульной службе время.
Сон коварно опутывал, приходилось подключать силу воли, чтобы не потерять связь с реальностью. На Женькиных плечах лежала сейчас ответственность за жизни товарищей, и это заставляло мобилизовывать все силы.
Всё вокруг было белым-бело. Наслаждаясь тишиной и красотой, Ануфриев вскоре обратил внимание на мерцающие вдалеке огоньки.
«Что бы это могло быть? – озадачился он. – Фары машин? Опять же, чьих: наших или немецких?»
Впору насторожиться и приготовиться подать сигнал.
Но огни пропали так же внезапно, как появились.
Забрезжил рассвет. Одинокий часовой продолжал любоваться окрестностями, ещё не зная, что наступающий день готовит ему и его товарищам череду трагических событий…
Именно утром 18 ноября началось главное наступление немцев на Москву. Отправной точкой этого наступления на севере от столицы стало Завидово. Основной наступательной силой противника были танки. Задачей подрывников было воспрепятствовать их продвижению.
