Поводов не было. Наше супружество – плавание по абсолютно тихой реке. Так почему у меня ощущение, что она неминуемо ведет нас к водопаду.
— Виталий, — снова торможу, он так и хочет пройти поесть и выпить. – А ты сам до этого додумался?
— А есть разница? — хмурится он, словно вспоминает. – Вроде бы сам.
И это «вроде бы» рвет мне сердце, потому что я буквально всем своим существом ощущаю на себе взгляд того, кто до секунды предугадал исход сегодняшнего вечера. Страшно представить, что еще он знает о моем муже.
Обо мне.
Но я давлю плохое настроение, тем более, что Артура больше не вижу, хотя периодически просматриваю лица отдыхающих. И я среди них. Тоже отдыхаю, наслаждаюсь популярной музыкой. Даже танцую с мужем. Вот эта песня мне очень нравится, она вполне ярко отражает мое отношение к Артуру.
Виталий тоже доволен. Сегодня он даже вспоминает несколько шуток, которые давно потеряли актуальность, но все равно навевали некой аурой ностальгии. Тогда пять лет назад он меня рассмешил одной из таких.
Потом, увидев во мне благодарного собеседника, рассказал о своей идее. Своем проекте, в который вложил почти всю душу. Но развивать который нужно именно в Германии. Сетовал, что без жены ему туда не уехать. Я уже тогда мечтала о ребенке, может быть, еще поэтому так прониклась этим препаратом, который поможет многим женщинам исполнить мою мечту. Многим семьям стать чуточку счастливее.
В тот день, выслушав его стенания, я рассказала, что ушла от своего молодого человека, что хочу начать жить с чистого листа.
Буквально на следующий день он предложил мне формальный брак. Я даже не думала. Посчитала, что это отличная возможность избегать любых контактов с Левицким. Обезопасить себя от желания вернуться к нему, быть с ним на любых условиях.
Я многим обязана Виталию, поэтому считаю, что даже не в праве обижаться на него, так что радуюсь его победе. Заслуженной и прекрасной. И даже не пытаюсь ограничить его в выпитом. В конце концов это его праздник. Правда спустя час я понимаю, что до машины мне придется тащить его самой, буквально на себе.
И этот момент настает, когда он решает вдруг спеть свою любимую песню «Фантазер», – ты меня называла». Помощи я все-таки прошу у Тани, которая все еще здесь и тоже изрядно набралась.
— Знаешь, можно оставить его здесь, — смеется она, когда я, не в силах удержать мужа, фактически роняю его на крыльцо. – Пусть проспится, а завтра заберем.
— Нельзя ему давать столько пить.
— Ну ладно тебе.
