Тошнота подкатывает моментально. Во рту пересыхает, а сердце начинает колотиться в груди.
Егор тоже оборачивается, скользит взглядом по мне, считывая реакцию. Его лицо каменеет, взгляд становится тяжёлым. Я знаю, что это значит. Он в бешенстве.
Он сбрасывает на пол рюкзак и стремительно направляется к подоконнику, где стоят тот парень и девушка. Я замираю и лишь успеваю прикрыть ладонью рот, чтобы не вскрикнуть, когда Вертинский встряхивает того парня за грудки, словно тряпичную куклу.
В коридоре становится так тихо, что слышно как зудит лампа дневного света под потолком.
Все оборачиваются и замирают в ожидании зрелища.
— Чё, сука, тёлки без «пыли» не дают? — шипит Егор, выталкивая парня на середину коридора.
Вертинский крепко держит его за грудки, несколько раз сильно встряхивает и что-то говорит, но не слышно, что именно.
— А чего, Верт, у тебя так подгорело? У неё классные сиськи, тебе одному, что ли, на них пяли…
Договорить ублюдок не успевает, потому что Вертинский валит его на пол и начинает бить.
Сильно, с размаху. Сыплет удары один за другим.
Друзья того парня лишь переглядываются, но даже не дёргаются. Все замерли, кто-то достал телефон и снимает.
Его же выпрут за это из университета. Это в лучшем случае. А ещё дисквалификация в спорте. А может и заявление в полицию.
И вдруг как вспышка ударяет в голову мысль, что всё это может с ним случиться из-за меня!"
"— Егор, стой! Хватит! — бросаюсь вперёд к дерущимся парням, но меня перехватывает Семён, удержав за локоть.
— Не лезь, Юля, — предупреждает. — Особенно сейчас. Перепадёт.
Семён оттесняет меня в сторону, но я слышу перепалку.
— Шлюхи они все, Верт! — парень пытается сопротивляться. — А ты впрягаешься.
— Заткнись, чмо. На тебя просто кроме шлюх внимания никто не обращает.
Вертинский отвлекается на выкрик из толпы, что рядом вроде должна быть камера, и им пора сворачивать драку. И в этот момент уроду удаётся столкнуть его с себя. Но хоть этот Меляев и тоже весьма крепкий и сильный с виду, Егору он не противник.
Вертинский спохватывается и снова укладывает парня на лопатки.
— Где фотки? — рычит ему в лицо, придавив коленом грудь.
— А ты в живую не насмотрелся?
— Я спросил, где фотки, мудила? — снова бьёт.
А потом ещё раз. Может, Семён и прав, и мне не стоит лезть, но смотреть на это так просто я не могу.
— Перестань, пожалуйста, Егор, — бросаюсь к нему и хватаю за руку. — Чёрт с ним, с козлом. Пойдём!
Тяну за руку, в надежде оторвать его от Меляева.
