Идя по дорожке, я слышу хлопок входной двери. Это за маленькой дурочкой опустился занавес. Бреду к воротам, еле переставляя ноги. С неба валит крупный снег. Лечь бы в него и уснуть. Зачем я нужна?
Но сажусь в такси и еду в свой новый дом. Почему я не умерла?
А еще несколько часов назад я боялась смерти.
Теперь у меня рухнули не только розовые замки. Теперь у меня рухнул весь мир.
Глава 4
Лера
Я захожу в коммуналку. В коридоре свалены какие-то вещи, мне в нос ударяет затхлый запах и еще один - запах перегара. От папы так часто пахло по утрам, пока он не приведет себя в порядок.
Но... я им больше не дочь. Он сам так сказал.
Я иду по коридору, пару раз спотыкаюсь о какие-то коробки. В квартире тихо. Неожиданно мне навстречу выходит полная женщина лет 40. На ней надет халат, расстегнутый на груди. У нее опухшее лицо, и рядом с ней вонь становится непереносимой.
- Ты кто такая? - слышу я грубый голос.
Мне надо добраться до бабушкиной комнаты.
- Я внучка Любови Васильевны.
- Так, она же померла 5 лет назад.
- Я знаю, - отвечаю и иду к комнате 5.
Там жила моя бабушка. Папа ее не любил, поэтому она доживала свой век здесь, пока мама не знала, какую икру ей выбрать для Илюши на завтрак: красную или черную.
- А ты теперь, что ли, здесь жить будешь? - не отстает тучная дама, - Приперло? Ну, не куксись, не куксись. Ты только осторожней. И дверь в комнату всегда запирай. Вечером придет Евсеевич, он мужик тертый, как бы не испортил тебя. Парень у тебя есть?
Да что она привязалась ко мне?
- Нет у меня никого.
- Сирота, значит.
- Извините меня, я устала очень, - говорю ей.
И закрываю дверь перед ее носом.
Я часто здесь бывала. Бегала тайком после школы и помогала бабушке, чем могла. Мама к ней почти не ездила. Когда меня ловили на том, что я ходила сюда, то меня ругали и наказывали. Ведь папа не велел! А я все равно ходила, стараясь не попадаться.
Никогда не думала, что настанет момент, когда я не захочу жить. Как так можно, не хотеть жить?! Какой же я наивной была. Вот сейчас я не хочу.
Наверное, моя жизнь была слишком сытой и спокойной.
Я села на бабушкин диван. Не снимая обувь, в одежде легла на него, свернувшись калачиком. Бабушка бы наругала. Но ее нет. Никого нет. Да и меня тоже нет. Эта поломанная девочка - не я.
И заснула.
Проснулась из-за громкой музыки и пьяных голосов. И это теперь моя жизнь? Так будет всегда?
Мне хотелось в туалет и пить. Но выйти из комнаты было страшно. Я порылась в сумке и нашла бутылку с водой.
