- Как у тебя просто! А если нет? Или ты наследство оформляешь, и кто настоящий отец тебя не интересует?
Надо хотя бы попытаться, чтобы он меня услышал.
- Ром, тебе это зачем? Ты готов взять на себя такие обязательства? Для чего? А как же веселая жизнь? Разве в нее вписываются младенцы?
- Какие еще младенцы? - не понял он.
- У меня будет двойня. Тебя действительно заинтересуют плачущие дети, которым надо менять памперсы?
- Если они - мои, то - да.
Нет, он непробиваемый.
- Я делала ДНК-экспертизу. Отец моих детей - Барс.
Но он на эту чушь не купился.
- Я хочу видеть результаты.
- Нет. Хватит лезть в мою жизнь.
Не знаю, чем бы все закончилось, но напротив нас затормозила машина ректора, который не поленился выйти. Наверняка, ему сообщили.
- Что происходит? - голос его звучал недовольно.
- Роман Владимирович крайне неудачно поставил автомобили, я не могу выехать, - объяснила я произошедшее.
- Господин Шувалов, девушка в положении, ей нельзя нервничать. Вы бы выпустили транспорт.
Рома выглядел злым, но распоряжение отъехать все же дал.
Отъезжая с парковки, я услышала задумчивый голос Степана:
- Может, сопляк прав? Сделать ДНК и он отвалит?
- В том случае, если дети - не его. Но что будет, если это не так?
- Результат все равно будет нужный Вам, Валерия Ильинична, - глубокомысленно заметил Степан Витальевич.
Я задумалась. А ведь, правда? Что мне мешает? Так будет спокойнее.
Демид
Закрытый клуб, куда непросто попасть, но у Макса получилось. Ринг в центре зала, полуголые мужики, мутузящие друг друга неизвестно за какие идеалы.
Хотя я подозреваю, что все как всегда банально - за деньги. Вот современный бог, могущественный и беспощадный. Зрители в дорогих костюмах с шикарными девками и личной охраной.
Господин Гоев любит такие места, но сегодня я собираюсь преподнести ему сюрприз. Я долго ждал, когда наступит наша встреча. Полагаю, он тоже.
Рядом недовольно пыхтит Макс.
- Демид, скажи мне, что мешает тебе посадить снайпера на крыше и закончить со всей этой фигней? Зачем мы приперлись сюда вообще?
Отвечаю ему честно:
- Глупость.
- Что, что? - переспрашивает он.
- Ты спросил, что мешает мне покончить с семейством Гоевых общепринятыми методами. Я тебе отвечаю - глупость.
Он удивленно крякает:
- Демид, а ты точно ничего не принимаешь?
- Макс, что ты разнылся? Я хочу убить Кайса сам, собственными руками. Хочу видеть, как он подыхает. Что непонятного?
- Точно! - радуется он, - И ради твоих хотелок нас всех здесь сегодня могут положить.
