В своей любимой постели со своим любимым мужем. Ты ведь любишь меня?
Глава 36. Ты бы была со мной без всего этого?
Как никогда долго застёгиваю запонки. Она мешает сосредоточиться даже на такой ерунде. Сидит и принимает на себе прыжки своего любимца, который тем самым показывает, что скучает. И правильно, ведь Полин днями лежит в спальне, в которую я его не пускаю. Только изредка выношу её на кухню, там у неё лучше проявляется аппетит, чем в постели, а я не могу позволить, чтобы моя принцесса голодала.
Коди игриво царапал её колени. Она только ласково гладила его в ответ, но уже без той живости, что была раньше. Хотя теперь у неё вся жизнь, каждый день и каждое движение, которое ей доводится сделать, — без живости.
— Хм, смотри-ка, теперь ты не чувствуешь его острых когтей на своих ножках, — заботливо произнёс я, когда наконец закончил с рукавами на рубашке. — Это сплошные плюсы не только для меня, но и для тебя."
"Беру чёрный галстук со спинки дивана, подхожу к ней и присаживаюсь рядом.
— Поможешь мне завязать галстук, любимая? — спрашиваю я, накидывая его на себя.
— Но я никогда не завязывала его раньше, — шепчет Полин, жалостливо смотря на меня, будто бы за неумение я готов избить её до полусмерти.
— Потому что тебе некому было это делать, сейчас у тебя есть муж, — проговариваю, заключая её руки в свои и медленно направляю их так, что с моей помощью у неё получилось завязать мне галстук. — Видишь, это совсем несложно. Скоро ты сама будешь это делать.
Моя единственная любовь, которой это позволено.
Может, только для этого мы и не тронем твои ручки, они должны выполнять функции моей жены.
Последний штрих — пиджак — и всё готово.
Она осматривает меня полностью. С головы до ног, то ли восторгаясь, то ли боясь.
— Можно мне ещё яблоко? — робко попросила она.
— Конечно, милая. Сейчас принесу.
Несколько секунд мне понадобилось, чтобы взять ещё одно яблоко для Полин из вазы на кухни. Зайдя в гостиную, вижу, как моя девочка безнадёжно тянется к ножу на журнальном столике.
Руки так сильно стараются ухватиться за него, что тело теряет равновесие полностью и она падает на этот самый столик. Чёрт же тебя побрал, дурочка недоразвитая.
Подбегаю к ней, поднимаю и снова кладу на диван, как фарфоровую куколку. Такую нежную и хрупкую. Ночью трахаю её, как последний скотина, а днём боюсь дунуть на неё, чтобы не рассыпалась.
— Тебя нельзя оставить одну даже на пару секунд.
