Сам Господь оберегает тебя, вызволяя из моей мёртвой хватки. Может, он подаёт знак мне, что пора остановиться? Хватит.
— Да сколько же это будет продолжаться, чёрт его побери?! — прорычал я, поднимаясь с кровати.
Полин мигом встала за мной, возможно, чтобы не позволить мне снова накинуться на неё.
Подхожу к двери и сразу же открываю, не удосужившись даже посмотреть в глазок.
— Здорово, дружище, — проговаривает Коен, опираясь о дверь.
Жму ему руку, не понимая, что он может делать у меня в такую рань.
Ощущаю на себе запах алкоголя вперемешку с табаком.
Резкий запах.
— Давай ближе к делу. Чем обязан? — спросил я, чтобы побыстрее сплавить его отсюда.
— Ты мне денег ещё не займёшь, дружище? — Глаза его бегали, волосы выглядели настолько грязными и липкими, что вызывали тошноту ещё больше, чем запах водки из его рта.
— Конечно, приятель. Ты мне тот долг верни, и я обязательно займу тебе ещё, — съязвил я, перекрыв ему проход, только увидел, как Полин подошла ко мне сзади.
— О, здравствуй, маленькая красавица.
Ты слышишь всё это? Как же высокомерно с твоей стороны попрекать людей деньгами, дружище, тем более при своей принцессе, — цельно и уверенно говорил он, даже несмотря на свой пьяный вид.
— Слушай, вали к чертям собачьим, дружище, — посылаю его я, пытаясь теперь выпихнуть из дверного проёма, но он стоит, как скала.
— Тебя что, собаки покусали? Я прошу занять бабки, а не погонять твою малышку.
— Я тебе сейчас за малышку сломаю нос.
— Ты себе нос сломай, приятель, за то, как своей малышке трахался налево направо, пока она сидела в своей дыре и ждала от тебя цветочков и любовных записочек, — эти слова засели в моём мозгу, я понимал, что она всё слышит, что всё, что я так тщательно скрывал от неё на протяжении нескольких месяцев и всех наших отношений, сейчас всплывают наружу.
— Что за х*йню ты несёшь? — я пытался выровнять ситуацию, не подавая виду, что всё им сказанное — правда. — Вали к себе домой и проспись.
— Я-то протрезвею, не переживай, а факт того, что ты куролесил с её одноклассницей из жизни не выкинешь, приятель, — сказал он, выходя за пределы квартиры.
— Что, не нашёл в себе смелости до сих признаться, что перетрахал добрую половину города? Давай, покажи своему маленькому цветочку фотографии, где тебе и без неё хорошо. Качественные снимки. Занял бы денег и всё, предприниматель хренов.
То страшное ощущение, когда ю душа уходит в пятки, а те в своём времени топчут её всеми силами, — единственное, что я сейчас чувствовал.
