— Ты говоришь, что мне надо отдохнуть, — я встряхиваю ладонями, а потом засовываю их в карманы кофты, чтобы усмирить жестикуляцию. — А от чего мне надо отдохнуть?
— Мы оба знаем ответ.
— Нет, скажи мне.
— Я знаю, что виноват в том, что произошло с тобой. Я не снимаю с себя ответственность за историю с Артуром…
— Я о другом. Ты хочешь, чтобы я пришла в себя после того, что со мной сделала Полина? А сам в это время будешь играть с ней в семью? Для тебя это нормально звучит?
— Вчера ты сама предложила этот вариант.
На его губах появляется оскал. Он явно не привык, что ему приходится отчитываться.
— Я предлагала тебе выбор, — я усмехаюсь. — Если ты готов спасать свой корейский контракт любыми способами, то пожалуйста. Но без меня.
Я пячусь, когда Макаров шагает ко мне. К счастью, его хватает только на один шаг. Он видит мою реакцию и останавливается.
— Мы ведь даже не знаем, что между нами. К чему все это? — я веду плечами. — Я не хочу больше ничего слышать ни о ней, ни о твоем контракте. Я уже пострадала из-за ваших игр, да и Артур… Я помню его другим, его довели и раскрутили, чтобы использовать в своих целях.
Я ловлю себя на ядовитой мысли, что Алексей и Полина идеально подходят друг другу. Они умеют использовать других и умеют добиваться поставленных целей."
"Я вспоминаю, что еще вчера Макарова передернуло, когда я заикнулась о брачном контракте с Полиной. Но прошло время, и он поменял свое решение. Что же случилось? Он вспомнил о прибыли, которую потеряет? Или его пиарщики нашли способ, как объяснить корейским партнерам возвращение старой невесты?
А может оба варианта.
Это не имеет значение.
Главное, что вылет назначен на завтра.
— Где он кстати?
— Кто? — Макаров не понимает меня.
— Артур.
— Его отвезли в клинику.
— Частную?
— Я не собираюсь говорить о нем.
— Да, лучше говорить о твоей женитьбе, — сарказм удержать не выходит, но через секунду я жалею, что вообще продолжаю разговор. — Я хочу в дом. Мне холодно.
Я разворачиваюсь и шагаю к ступенькам.
Я сказала все, что хотела.
Мне нужен договор и отступные.
Больше обсуждать нечего.
Все остальное, что произошло между нами, можно записать в графу “показалось”. Или “не успело случиться”. Была симпатия, тяга, может даже что-то большее, но в любом случае росток оказался слишком слабым. Первый же северный ветер погубил его.
Я слышу шаги Макарова за спиной.
Он идет в том же направлении.
Я надеюсь, что он свернет к подъездной дорожке и нырнет в свой внедорожник.
Но нет.
