— Красиво, — я коротко осматриваю пафосный зал со столиками и оборачиваюсь через плечо к Макарову. — Только почему никого нет?
— Я выдумал встречу. Никого не будет.
— Что?
Я удивляюсь, а потом разгадываю ситуацию.
Он специально.
Чтобы прикоснуться ко мне и поцеловать. Отрепетировать, так сказать, появление на публике.
Какой же он…
У меня даже слов нет, чтобы описать.
— А ты умеешь завоевывать доверие, — произношу с горькой иронией.
— Я ужасен, я в курсе, — он кивает и показывает ладонью на дверь в следующую комнату.
— Но я хотел показать тебе одну вещь.
Я смотрю на него со скепсисом.
— Тебе понравится, там очень красиво.
Об этом можно догадаться, если приглядеться к двери. Она двойная и высокая, со стеклянными вставками, через которые струится солнечный яркий свет. Я направляюсь к ней и сразу замечаю зеленые краски.
Оранжерея.
И правда красиво.
Я переступаю порог и сразу оказываюсь в окружении буйных сочных цветов, которые доносят сладкие запахи. Справа устроен прямоугольный бассейн, который выполняет декоративную роль и в который стекает вода с мраморной стены.
— Я открываю этот ресторан через месяц, — говорит Макаров, заходя в оранжерею следом. — Должны еще привезти птиц, не помню названия…
— Слишком экзотические?
Он кивает с усмешкой и снимает ограничительную ленту, чтобы я могла пройти туда, куда обычным посетителям вход воспрещен. Здесь уже пахнет свежестью от воды в бассейне.
Макаров дальше рассказывает о проекте, а я ловлю себя на том, что ему не хватает близкого человека.
Не послушной малышки, которая будет заглядывать ему в рот и восхищенно хлопать нарощенными ресницами после каждого его слова, или бизнес-партнера с калькуляцией вместо искренних слов, или подчиненного… Нет, именно близкого живого человека.
Так, стоп.
Я отгоняю эти глупости и присаживаюсь на край бассейна, запуская ладонь в воду.
— Придумай название, — вдруг бросает Макаров.
— Для твоего ресторана? — я хмурюсь, но по его лицу понимаю, что он не шутит. — Шарлотка.
Я беззаботно выпаливаю первое, что приходит на ум.
Теперь наступает мужская очередь хмуриться.
— Неужели не подходит?
— Совсем малость. Просто тут будут подавать устрицы из Атлантического океана.
— Ох, — я прикладываю ладонь к груди. — Осечка."
"Но новое название ему не даю, хотя он явно ждет другой вариант. Я погружаю ладонь глубже и касаюсь перламутрового камня, который оказывается идеально гладким.
— Прости, — сухо бросает Макаров, доставая из кармана зазвонивший телефон.
