Он сложил пальцы, показывая, какой крошечной должна быть ошибка.
– Вы же поклонница. Фанатка. Они знают о своих кумирах все. Его собственная песня называется «Моя душа». Слабенькая песенка, между нами говоря.
Ася пожала плечами, стараясь сохранять невозмутимость.
– Я просто ошиблась.
– Дважды, – вздохнул Кутиков. – С комарами тоже вышла промашка. В комнатах их нет. Вы, Ася, выходили ночью из дома. Давайте спорить, что за телефоном Бантышева.
Он протянул руку, словно всерьез предлагая спор. Катунцева молча посмотрела на его крепкую короткопалую ладонь.
– К самому Виктору забрались? Или нашли другой способ?
– Я не понимаю, о чем вы говорите.
Господи, какая ходульная, книжная фраза!
Кутиков вздохнул.
– Ладно, Ася, бог с вами. Пойду сообщу Макару Андреевичу, что он оказался прав в своих подозрениях. Жаль. Очень жаль. Кстати, чем вам помешал Джоник? А впрочем, не говорите. Не уверен, что хочу это знать. Разбирайтесь теперь с Богданом Атанасовичем и другими заинтересованными людьми.
Не успев сообразить, что делает, Ася в два шага оказалась между камердинером и дверью.
Невозможно, чтобы он ушел вот так, убежденный, что она просто маленькая лгунья, выгораживающая себя!
– Ты ничего не знаешь! – сказала она, сильно побледнев. Иннокентий даже испугался, что девочка сейчас грохнется в обморок. – Твой Бантышев… Образец доброты! Как же!
Она рассмеялась отрывистым злым смехом, больше напоминающим кашель.
– Он Катьку изнасиловал!
Наконец-то на его невозмутимой морде появилось что-то другое, кроме вежливой улыбочки или скучающего сомнения.
– Что? Ася, что ты несешь?
И голос стал человеческий. Изумленный и нормальной громкости, а не этот его шепоток.
– После новогоднего концерта! Она пришла к нему в гримерку, прорвалась сказать, как ей понравилась его новая песня, «Роза любви» – он как раз впервые исполнял ее там! Тогда-то все и случилось! – Ася захлебывалась фразами, они лились с ее губ быстрее, чем она успевала их обдумать. – Катька же легкомысленная, как стрекоза! Ничего плохого от него не ожидала.
Это ведь сам Бантышев! Кумир! Мечта! Да она его песни крутила бесконечно, по кругу, уже слушать их было невозможно! Мать с отцом наушники ей купили, а она все равно… И потом еще ребенок!
Узнали они о беременности лишь тогда, когда у Катьки случился выкидыш. Слава богу, что на маленьком сроке. Все произошло дома, скрыть от родителей правду не представлялось возможным, и Катька, заливаясь слезами, призналась, чей ребенок.
