Алан возвращается через минут семь, и сразу же воздух вокруг нас электризуется. Я кожей, каждой клеточкой, ощущаю его напряжение, злость и…переживания.
– Точно все в порядке? – уточняю, глядя в глаза мужу, пока очередной мужичок распинается про семейные ценности и вечную любовь. Вот только ничего не вижу в глазах Алана – он все спрятал внутри, надежно запечатал, и сейчас на его лице ни единой эмоции. А смотрит муж вообще сквозь меня.
– Да, – и переплетает наши пальцы, рывком дергая на себя и впиваясь в мои губы поцелуем.
Алан ворует мой воздух, у меня кружится голова и слабеют ноги. Руки мужа обвиваются вокруг моей талии и впечатывают в сильное мужское тело.
Мы едва отрываемся друг от друга и падаем на свои места, глубоко дыша, как зал взрывается аплодисментами. Особо веселые гости выкрикивают пошлые шуточки про первую брачную ночь, и я в который раз заливаюсь краской.
Отпиваю воды, наблюдаю, как отец с матерью, счастливо улыбаясь, тоже принимают поздравления. Замечаю два свободных стула рядом с ними и понимаю, что здесь что-то не так…
– А где твои родители, Алан? Они нас не поздравляли.
Муж выпрямляется, даже под одеждой заметно, как сильно он напряжен. Хочется провести ладонью по каменным плечам, чтобы расслабить эту скалу. Алан смотрит строго вперед, неспешно отпивает алкоголь из своего бокала и только тогда отвечает максимально равнодушным тоном:
– Они не придут.
Мои брови взмывают в удивлении вверх, на языке крутится с десяток вопросов, но, бросив взгляд на мужа, я не осмеливаюсь их озвучить.
А минутой позже мне и вовсе становится не до них.
В зале появляется эффектная девушка. Высокая, стройная, красивая, с фарфоровой кожей, с блестящими, как шелк, волосами. В ярко-синем коротком платье, что обтягивает ее фигуру, как вторая кожа, на высоченных шпильках, которые я никогда не позволю себе надеть – просто-напросто сломаю шею, упав с высоты собственного роста.
Она лениво осматривает меня, окатывая волной ненависти, переводит жгучий взгляд на моего мужа и машет ему ручкой, призывно улыбаясь.
В зале моментально поднимается гул, многие перешептываются, переводя взгляд с меня на гостью и обратно.
Ждут хлеба и зрелищ. Скандала. Что жена вцепится в волосы любовницы.
Ха-ха.
Ошибаетесь, господа.
Этого не будет.
Потому что я не ревную Алана. Ни капли. Совсем-совсем.
Злюсь.
Ненавижу.
Боюсь.
Но не ревную.
Нет. Нет!!
Да даже если бы и ревновала, то никогда не опустилась до такого унижения. Ну явилась и явилась. Этим эта девушка унизила себя.
