– Найт, Лев, Роза попросила меня рассказать вам об этом моменте. Она рассказала, что в тот момент осознала, что влюблена в вашего отца. Но он предпочел ничего не делать с этим, потому что был влюблен в ее сестру очень сильно. Вот вам сообщение от Розы ее собственными словами: «Не будьте Розой. Будьте Дином. Если вы хотите чего-то, не имеет значения чего именно, боритесь за это. Влюбленность редкая вещь».
Луна снова посмотрела на Найта, только на него, и что-то изменилось в комнате. Она не просто произнесла эти слова, она стала ими.
– «Не отказывайтесь от этого ценного подарка. Догоните его. Поймайте. Крепко держите. Не отпускайте. И если он когда-нибудь исчезнет…»
Ее взгляд упал на Найта, и впервые – впервые с тех пор, как я узнал своего собственного сына, – в его глазах были слезы. Это буквально отбросило меня в другой конец комнаты.
– «…боритесь».
Потом было еще много фотографий. Еще больше историй. Одна из них была с нашей свадьбы, где я переношу ее через порог и ухожу с душераздирающе скучной встречи с несколькими коллегами.
Я отнес ее в винтажный автомобиль, взятый напрокат, и повез прямо в аэропорт, на наш медовый месяц, на Бали, в Индонезию.
Найт у нас на руках, когда ему еще один день от роду.
Злое и красное лицо Льва, когда он родился.
Первая долгая госпитализация Розы, где вся семья уселась к ней на кровать. Мы играем в карты, едим булочки с корицей и сочиняем подробные истории из жизни сотрудников, которые ухаживали за ней.
Каждая история воодушевляла меня и возвращала к жизни. Весь зал смелся, плакал, аплодировал и вздыхал на каждой истории, которую Роза оставила нам.
К тому моменту уже не казалось странным то, что Луна разговаривает. Все были сосредоточены на том, что Роза оставила каждого из нас со счастливым воспоминанием.
Когда все встали и пошли к ее гробу, то я понял, почему моя жена попросила Луну Рексрот сделать это. Разрешение всей этой ситуации поразило меня так, будто я только что узнал, что моя жена умерла. Я схватился за скамью и выпрямился.
Лев побежал к Бейли, которая встретила его с распростертыми объятиями, забирая его боль так, как Роза много раз делала для меня.
Я закрыл глаза, пытаясь дышать через нос, ожидая, что Найт и Луна так же воссоединятся, особенно после откровения Луны. К моему удивлению, я ощутил руку на своем плече и смутно припомнил женщину перед собой. Она казалась каким-то далеким воспоминанием. Пожелтевшей, старой фотографией, опаленной по краям.
– Соболезную твоей потере.
Это звучало искренне.
