Ни одна рецензия на что бы то ни было не будет напечатана в этом журнале, если только автор не является личным другом редактора[7]. Вам нужно заполучить Мак-Винга, в противном случае он способен довольно грубо вас срезать – просто чтобы продемонстрировать свою значимость.
– Это не имеет никакого влияния, – ответил я, поскольку мне претила идея «заполучить Мак-Винга». – Небольшое количество брани только способствует продажам книги.
Моргесон принялся в замешательстве теребить свою редкую бородку.
– В некоторых случаях так действительно бывает, – ответил он. – Но не всегда. Если произведение исполнено решительной и смелой оригинальности, то отрицательные рецензии даже более предпочтительны. Однако произведение, подобное вашему, требует благосклонности и доброжелательности. Другими словами, оно требует похвалы…
Я почувствовал раздражение и сказал:
– Понятно! Значит, вы не считаете, что моя книга достаточно оригинальна, чтобы стать популярной без всякой поддержки?
– Мой дорогой сэр! Неужели вы действительно думаете… Что я могу сказать? – И он виновато заулыбался.
– Вы излишне резки. Я полагаю, что ваша книга показывает завидную ученость и тонкость мысли. И если я придираюсь к ней, то только по недостатку ума. Единственное, чего не хватает этому произведению, по моему мнению, так это того, что я назвал бы, за неимением лучшего выражения, притягательностью – того качества, которое удерживает внимание и не позволяет оторваться от книги.
Но это распространенный недостаток современной литературы: немногие авторы чувствуют так глубоко, что могут заставить других испытывать то же, что они сами.
Я ответил не сразу: мне вспомнилось сходное замечание Лусио.
– Ну что ж, – ответил я наконец, – если мне не хватило чувств, когда я писал книгу, то сейчас их уж точно нет. Но знаете ли, ведь я прочувствовал, мучительно и напряженно, каждую ее строчку!
– Да, действительно! – успокаивающе заговорил Моргесон, – а может быть, вы думали, что чувствуете, – это еще одна очень любопытная фаза литературного темперамента.
Видите ли, для того, чтобы убеждать людей, надо сначала убедить самого себя. Результатом обычно является особое магнетическое притяжение между автором и читателем. Однако я плохой спорщик, и, возможно, при беглом чтении у меня сложилось ложное представление о ваших намерениях. В любом случае книга будет иметь успех, если мы этого добьемся.
