Это стало для д’Агосты поводом для тайного удовольствия, особенно когда Фрисби высовывал голову из своего кабинета и свирепо сверкал глазами. Он ничего не говорил, да и что он мог сказать? Это было делом полиции.
Краем глаза д’Агоста заметил Марго Грин. Она шла по коридору от главного входа в остеологический отдел. Их глаза встретились, и она показала ему на ближайшее хранилище.
– Что случилось? – спросил д’Агоста, зайдя следом за ней и закрыв дверь. – Вы готовы осмотреть новые экспонаты?
– Я их уже осмотрела.
Ни одного готтентота там нет. И ни в одном из ближайших лотков трубчатой кости не обнаружено. Но я, как и обещала, провела дополнительный анализ женского скелета. Я пришла, чтобы дать вам последнюю информацию.
– Слушаю.
Д’Агосте показалось, что Марго дышит с трудом.
– Я смогла подтвердить большинство моих первоначальных выводов относительно этих костей. Более детальное обследование, в частности определение соотношения изотопов кислорода и углерода в скелете, указывает на питание и географическое местонахождение, позволяющие определить, что скелет принадлежит женщине конца девятнадцатого века, приблизительно шестидесяти лет от роду, которая жила в городской американской среде обитания, вероятно в Нью-Йорке или его пригородах.
Из коридора донесся новый взрыв раскатистого смеха Бономо, от которого чуть не сотряслись стены.
– Еще немного громче, – сказала Марго, – и ваш друг превзойдет Джимми Дюранте[23].
– Он, может, немного надоедливый, но он первоклассный специалист.
И потом, я получаю удовольствие оттого, что Фрисби крутится, как уж на сковородке.
При имени Фрисби лицо Марго потемнело.
– Как вы себя чувствуете? – спросил д’Агоста. – Я имею в виду, здесь, в музее. Я понимаю, что для вас это нелегко.
– Ничего, я справляюсь.
– Вам не дает покоя Фрисби?
– С ним я тоже могу справиться.
– Хотите, я с ним поговорю?
– Спасибо, но это не поможет. При открытой конфронтации можно потерять все и не приобрести ничего. Музей – это настоящий гадюшник.
Если я не буду особо высовываться, то все будет в порядке. – Она помолчала. – Слушайте, я хотела поговорить с вами кое о чем еще.
– Да?
Хотя они были одни, Марго понизила голос:
– Вы помните, как Сандовал проверял для нас запись в инвентарной книге к этому скелету?
Д’Агоста кивнул. Он пока не понимал, к чему она клонит.
– И, когда дошло до имени препаратора – доктора Паджетта, Сандовал сказал: «О, тот самый».
– Да.
– Мне тогда это показалось странным.
