Констанс кивнула:
– Да. Тот, кто напал на него, знал, что другой возможности ему не представится. Будет логичным допустить, что человек, который напал на Пендергаста в «Солтон-Фонтенбло» и потом умер в Индио, получил еще более сильную дозу.
– Похоже, что так, – подтвердила Марго. – Я получила отчет от доктора Сэмюэлса из Индио. В костях умершего присутствуют такие же необычные вещества, какие я обнаружила в костях миссис Паджетт, только в гораздо более высокой концентрации. Неудивительно, что эликсир убил его так быстро.
– Если Пендергаст умирает, – сказал д’Агоста, вставая, – то почему, черт побери, он не в больнице?
Констанс холодно взглянула на него:
– Он настоял на том, чтобы покинуть больницу в Женеве и лететь домой на частном санитарном самолете. Невозможно уложить человека в больницу против его воли. Он утверждает, что помочь ему никто не в силах, а умирать в больнице он не хочет.
– Господи… – выдохнул д’Агоста. – Что мы можем сделать?
– Нам нужно противоядие.
А чтобы его найти, нам нужна информация. Поэтому я вас и пригласила. Лейтенант, расскажите нам о ваших последних успехах.
Д’Агоста потер лоб:
– Не знаю, какое отношение это имеет к делу, но мы выяснили прошлое человека, который напал на Пендергаста. Он жил в Гэри, штат Индиана. Три года назад его звали Говард Рудд, у него была семья и магазин хозтоваров. Он залез в долги, кредиторы оказались плохими людьми, и он в конечном счете исчез, оставив жену и детей.
Два месяца назад он появился с новым лицом. Этот человек напал на Пендергаста и, вероятно, убил Виктора Марсалу. Мы пытаемся выяснить, что с ним происходило в течение этих трех лет – где он был, на кого работал. Пока что упираемся в стену. – Д’Агоста взглянул на Марго.
Она ничего не сказала, но ее лицо было бледным.
Воцарилось молчание. Наконец Констанс снова заговорила:
– Не совсем.
Д’Агоста вопросительно посмотрел на нее.
– Я составила список жертв Езекии, предполагая, что за отравление несет ответственность кто-то из потомков.
В числе пострадавших были Стивен и Этель Барбо, семейная пара, которая стала жертвой эликсира в тысяча восемьсот девяносто пятом году, оставив трех сирот, включая и ребенка, зачатого, когда Этель принимала эликсир. Семья жила в Новом Орлеане на Дофин-стрит, всего в двух домах от семейного особняка Пендергастов.
– Почему именно они? – спросил д’Агоста.
– У них есть правнук, Джон Барбо.
