Ищите улики, хватит фантазий. Найдите убийцу, парни!
– Будет сделано, – кивнул Джонсон.
– Но запомни, Мик, – внезапно посерьезнел шеф. – Ты можешь разрабатывать свою версию, но до тех пор, пока у тебя на руках не будет твердых улик, оставь доктора Робертс и других участников дела в покое.
– Оставить в покое, сэр?
– У меня куча жалоб на превышение тобой полномочий. От доктора Робертс, от матери Трейвона Реймондса, от Картера Беркли и от Уильяма Бадена.
Гудман не без удовольствия наблюдал, как лицо напарника становится пунцовым.
И все же Джонсон умудрился говорить довольно спокойно:
– Оставить в покое психопата-мозгоправа, фантазера с манией величия, старого богатого хрена…
– Это не просто старый богатый хрен, Джонсон, – перебил его шеф. – Это очень богатый хрен, который жертвует средства в наш фонд. И речь идет о шестизначных числах. А банк, в котором работает Картер Беркли, однажды перечислил в фонд погибших при исполнении целый миллион.
Джонсон насупился.
– Я не знал.
– Как и я, – хмыкнул Гудман.
– А что, это дает им особые преференции? – не сдержался Мик.
– Придержи язык, парень! И да, это дает им преференции. Они имеют право на уважительное отношение и вежливый тон. Эти люди не преступники и не подозреваемые. Как и доктор Робертс. Ясно, Мик?
Джонсон едва сдерживался.
– Но все может измениться! Робертс исказила факты смерти мужа, терпеть не могла собственную пациентку. Картер Беркли постоянно придумывает небылицы. Никто на него не покушался, но он врал мне, глядя прямо в глаза.
А этот Баден? Да он боялся лишнее слово произнести, пока адвокат не утвердил его речь. Невинные овечки так себя не ведут. Да по нему, поди, тюрьма плачет! Иначе откуда столько миллионов?"
"– Не желаю этого слышать. – Броди протестующе поднял руку. – Отвали от наших спонсоров, Джонсон. Займись другим. Ищи тело того торчка, Гролша, пропавший отчет или нормальные улики, а не строй версии на идиотских догадках. И если вы не перестанете заниматься ерундой – вы оба! – я сниму вас с расследования.
Выйдя из кабинета, Гудман рванул по коридору, словно стремился побыстрей избавиться от Джонсона.
– Я не отказываюсь от своих слов! – рявкнул тот ему в спину. – Ты слеп, потому что она тебя охмурила! А ты спроси ее про роман бывшего мужа!
Лу толкнул вертушку дверей и направился к парковке.
– Спроси ее о романе мужа, – повторил Джонсон, не отставая от напарника. – Что, кишка тонка? Эту ночь ты провел с ней?
Гудман понимал, что это всего лишь предположение.
