Да, он платил немалые деньги на содержание, но совершенно не интересовался их жизнью. Школа, репетиторы, спортивные секции – все это было лишь суммами в чеках. Дети совершенно не общались с отцом.
Разлученная с друзьями и коллегами, Анна затосковала. Теперь она играла на скрипке лишь для себя или для мужа. В золотой клетке было слишком тесно, но улететь?.. Анна не представляла жизни без любимого мужа. Он был для нее всем миром с шестнадцати лет. Супруг тоже любил Анну – безумно, страстно, отчаянно ревнуя… Иногда его желание было так велико, что Анна начала побаиваться.
Нет, он ни разу не причинил ей боли! И все же порой эмоции мужа ее пугали. Анна не знала, откуда взялся этот страх, но он стал ее неизменным спутником.
Когда муж начал настаивать на детях, Анна поняла, что с нее хватит. Ждать поддержки от родителей не приходилось, они теперь были всецело на стороне зятя. Пока муж находился в деловой поездке, Анна связалась с подругой из оркестра, и та помогла ей купить билет в Штаты."
"Сходя с трапа самолета, Анна имела при себе лишь паспорт, скрипку и сотню долларов в бумажнике, но быстро наладила связи в музыкальном мире и уже через неделю отправилась на гастроли.
Играть для большой аудитории было так здорово! Да, она испытывала чувство вины, но каждое выступление делало ее чуточку сильнее.
Когда муж нашел Анну, она была куда увереннее в себе, чем прежде. Но недостаточно.
Увы, она все еще любила и чудовищно скучала по его рукам и губам.
Анна понимала, что предала свой брак и дорогого человека, и оттого день ото дня ей становилось все хуже.
Один знакомый дал ей контакты доктора Робертс.
Так она познакомилась с Никки. После разрыва с мужем психотерапевт стала первым человеком, которого Анна впустила в свое сердце. Она чувствовала, что Никки искренне хочет ей помочь, защитить от переживаний. Вот только эта защита не означала изоляцию от мира, наоборот! Никки хотела освободить Анну, убеждала заниматься любимым делом, стать независимой.
Подняв выше подбородок, Анна коснулась струн смычком и позволила музыке унести ее в волшебный мир, где она была по-настоящему свободной.
Выезжая на Тайгертейл-роуд, Никки посмотрела в зеркало заднего вида и поймала свое отражение.
«Я выгляжу старой. Старой и измученной».
Удивляться было нечему. Денек выдался непростым, да и месяц тоже. А если говорить начистоту, весь год был тяжелым – смерть мужа, убийство Лизы и Трея…
– Держи хвост пистолетом, – говаривал Дуглас в сложные моменты. – Жизнь сама по себе подарок.
