В конце концов, вы согласились лечиться! Вы выбрали жизнь! Или лучше сдохнуть в подворотне со шприцом или бутылкой в руке? Вы выбрали жизнь, чего тогда ноете?
Постороннему человеку подобные рассуждения могли показаться слишком холодными и циничными, но надо было знать Дугласа, чтобы угадать скрывавшееся за словами сочувствие.
– Да будет обо мне, – внезапно заявил Дуглас и с нежностью посмотрел на жену. – Как прошло утро, милая? Ты сделала тест?
– Пока нет. – Она смущенно сверлила взглядом салат. – Сделаю вечером.
– Почему не сейчас?
– Потому. Если он окажется отрицательным, у меня будет дурное настроение, а это отразится на пациентах.
Дуглас перегнулся через стол и сжал ее руку.
– Но ведь может быть и положительным. И вероятность весьма велика.
– Да. – Никки выдавила улыбку. – Весьма.
Однако последние шесть попыток вышли неудачными. Прошло полгода, ее вялые яичники работали все слабей, а какие-то высшие силы всячески противились исполнению их главного с мужем желания – стать родителями.
Кроме детей, у них было все: прекрасный брак, полный нежности и понимания; положение в обществе; репутация; удачная карьера; чудесные друзья; родные, которые могли поддержать и понять. В какой параллельной вселенной они заслужили детей? В той, где отсутствует все остальное?
– Я люблю тебя, Никки, – шепнул Дуглас.
– И я люблю тебя.
– Все получится. У нас полно времени.
Да, все получится. Время еще есть.
– Доктор Робертс? – Картер Беркли обеспокоенно завозился на кушетке.
– Вы меня вообще слушаете?
– Разумеется.
Никки повторила последнюю фразу Беркли, поскольку научилась фиксировать в мозгу все, что говорят ее пациенты, даже если в мыслях витала далеко. Слова Картера о странных людях, которые обслуживали его в ресторане, из уст доктора Робертс прозвучали глупо, зато Картер сразу расслабился. Этой уловке Никки научил покойный муж.
Господи, ну почему она постоянно думает о Дугласе?"
"– У нас почти вышло время, – сказала она.
– Давайте закончим сеанс одним приятным упражнением. Опустите ноги на пол и сядьте прямо…
Когда Картер Беркли распрощался, Никки вышла в приемную.
Трей Реймондс, ее личный ассистент, офис-менеджер и настоящая правая рука, заполнял карточки пациентов. Когда-то на сеансы к Никки ходили двадцать человек, и для них едва удавалось найти время, но после смерти Дугласа новых клиентов почти не было, да и постоянные потихоньку уходили к другим психотерапевтам.
