Честные полицейские пытались ловить преступников и бороться с беззаконием, однако это было каплей в море. Здесь правили миром наркокартели, а их боссы занимали места во власти. Коррупция пропитала все вокруг, и ничего не имело значения большего, чем запах денег, исходивший от хозяев жизни.
Семья Энчеррито, в которой жила Шарлотта, испокон веков жила в столице. Они давно смирились с жестокостью Мехико и его законами.
– Мне жаль это говорить, но я уверен, что девушка погибла, – сказал Хуан Энчеррито. В его глубоком баритоне не было особой печали – скорее хозяин дома констатировал неизбежное.
– Здесь такое случается.
– Случается – что? У вас есть хоть какая-нибудь версия? – спросил Дерек. – У семьи не просили выкуп, а ведь они могли неплохо заплатить за единственную дочь.
Анджелина Энчеррито, красивая женщина с тщательно закрашенной сединой у висков, ответила вместо мужа:
– У нас в городе некоторым бандам даже повод для убийства не нужен. Мы просили Шарлотту не выходить вечерами и не бывать в определенных районах, но, кажется, упрямство и склонность к риску родились раньше ее.
– И что, она уходила в темное время суток? Вы даже не запрещали ей? Ведь она пользовалась вашей машиной, можно было забрать ключи, – с нажимом заметил Уильямс. Его раздражало почти полное равнодушие этих людей к беззаконию в родном городе.
– Послушайте, мы наняли Шарлотту присматривать за нашими детьми, – ответил Хуан. – Но мы не нанимались следить за каждым ее шагом. Вечерами человек имеет право на личную жизнь.
– Но речь о молодой привлекательной девушке.
– Вот именно. Кто может быть упрямее молодежи? – заметила Анджелина. – Быть может, ее убили на сексуальной почве.
– А она с кем-то здесь встречалась?
Муж с женой покачали головами.
– За ней никто не заезжал?
– Мы никого не видели. Днем Шарлотта присматривала за детьми, это же была ее работа. А вечером – кто знает? Она общалась с одной девушкой, которая тоже приехала на подработку. Но парни… Нет, вряд ли. Мне кажется, Шарлотта была не из тех, кто крутит романы в чужом городе.
– А подругу звали не Фредерика?
– Точно! Фредерика! – улыбнулась Анджелина.
– Фамилию вы, конечно, не помните?
Она развела руками.
– Я помню!
На террасу выбежал мальчик лет десяти. Смуглый, с густыми черными волосами и длинными ресницами, одетый, словно кукла, в теннисный костюмчик от Ральфа Лорена.
– В самом деле?
– Да, Фредерика Зидан, – со значением прошептал мальчик и засмеялся. – Как футболист Зидан. Я потому и запомнил.
