Переключается с телефона на ноутбук, отдает по телефону короткие отрывистые приказы, без конкретики, но о чем-то важном. На этот раз — не о той своей «золотой сделке».
Он снова тот самый Авдеев — акула бизнеса, для которого цифры и контракты важнее, чем взъерошенная девчонка, сидящая напротив и делающая вид, что увлечена книгой.
Я и правда делаю вид. Потому что буквы расплываются перед глазами, а сюжет сопливого романа про эльфов и драконов кажется пресным и нелепым на фоне моей собственной жизни.
Все больше напоминающей драму, но я пока не в курсе, с каким она будет концом.
Я снова и снова прокручиваю в голове наш отпуск, как заевшую пластинку.
Каждый взгляд Вадима, каждое прикосновение, каждое слово. Пытаюсь найти в них скрытый смысл, подтверждение своей шаткой, отчаянной надежде. А когда кажется, что нащупываю — запрещаю себе в это верить.
Чтобы не разочаровываться — не стоит очаровываться, так, кажется, гласит интернет-мудрость?
А еще мне жутко не хватает Лори, как бы странно это не звучало.
За эти несколько дней она каким-то образом успела стать для меня… кем-то близкой подруги, которой у меня никогда не было. Мы обменялись телефонами, и Лори сказала: «Звони, Крис, просто так, даже просто поболтать». Она сказала это просто, спокойно и искренне — без единого намека на «это просто вежливость, ты же понимаешь?» Семья Шутовых осталась в калифорнийском доме Вадима еще на пару дней — он сказал, что они могут приезжать, когда захотят.
Я смотрела, как они прощаются — и все равно чувствовала себя самозванкой, случайно забредшей на чужой праздник жизни. Но отчаянно не желающей с него уходить.
По прилету нас встречает Игорь. Сначала отвозит меня. Вадим выходит из машины, чтобы помочь с моими новыми чемоданами, которых теперь три — ровно на три больше, чем я брала с собой. Мы поднимаемся ко мне, и с каждой минутой предстоящего расставания, я все крепче цепляюсь пальцами в уродливого, но самого красивого на свете плюшевого зайца.
Вадим просто целует меня на прощание — коротко, почти целомудренно, но его рука на моей талии сжимается крепко и жестко, с головой выдавая его мысли. Как будто он такой молчаливый, потому что тоже не хочет прощаться.
Впереди выходные, я знаю, что Вадим проведет их с дочерью.
