– Придется продать твои роскошные волосы в магазин париков, чтобы получить немного наличных.
– Губу закатай, – рассмеялся он. Во время их блужданий ей стало легче его развеселить, словно он научился свободно говорить на новом языке. – Если это Эллинг, я смогу найти нам жилье.
Тогда Нина остановилась, осознав всю правду об их обстоятельствах с поразительной ясностью. Она находилась на вражеской территории, без единого союзника, не считая дрюскеля, бросившего ее в клетку всего пару недель назад. Но прежде чем она смогла что-то произнести, Матиас повернулся к ней:
– Я обязан тебе жизнью, Нина Зеник.
Мы благополучно вернем тебя домой.
Девушка удивилась, насколько она тут же поверила ему. Он тоже ей верил."
"Теперь она замахнулась ледорубом, почувствовав отдачу в руках и плечах, и сказала:
– В Эллинге были гриши.
Матиас замер с поднятым инструментом.
– Что?
– Они были шпионами, занимающимися разведкой в порту. Гриши увидели, как мы с тобой вышли на главную площадь, и узнали меня, потому что мы встречались в Малом дворце.
Один из них узнал и тебя, Матиас. Видел во время перестрелок на границе.
Хельвар не шевелился.
– Они подкараулили меня, когда ты пошел переговорить с хозяином пансиона, – продолжала Нина. – Я убедила их, что тоже работаю под прикрытием. Они хотели схватить тебя, но я сказала, что ты не один и сейчас это будет слишком рискованно. Я обещала прийти с тобой к ним на следующий день.
– Почему ты ничего мне не сказала?
Нина отбросила ледоруб.
– Что я должна была сказать, что в Эллинге шпионы гришей? Ты примирился со мной, но я не верила, что ты их не выдашь.
Фьерданец отвернулся, желваки играли на его лице. Нина поняла, что не ошиблась.
– В то утро, – начал он, – на доках…
– Я должна была как можно быстрее вытащить нас из Эллинга. Думала, что смогу найти судно, на которое мы проберемся «зайцами»… Но гриши, должно быть, наблюдали за пансионом и видели, как мы выходили. Когда они появились в доках, я поняла, что они пришли за тобой, Матиас. Если бы тебя поймали, то отправили бы в Равку на допрос, а возможно, и на казнь.
Я заметила керчийского торговца. Ты знаешь их законы о работорговле.
– Конечно, – горько ответил он.
– Я обвинила тебя, умоляя их спасти меня. Знала, что они возьмут тебя под стражу и безопасно довезут нас до Керчии. Я не думала… Матиас, я не думала, что они отправят тебя в Хеллгейт.
Его глаза ожесточились, когда он взглянул на нее, костяшки пальцев побелели от того, с какой силой он сжимал ледоруб.
