Не думаешь же ты, что я просила об обретении рода, для того, чтобы выказать тебе неповиновение.
— И что ты задумала?
— Позволь я пока не буду этого озвучивать."
"— Не доверяешь мне? — вновь помрачнел князь.
— О чём ты? — искренне удивилась она, едва не прыснув от смеха, настолько подобная мысль показалась ей абсурдной. — Просто боюсь сглазить. Уж больно всё гладко идёт.
— Ладно, если так. Ну пойдём провожу тебя, что ли.
* * *Вполне ожидаемо на крыльце появился князь, бросивший в мою сторону недовольный взгляд.
С одной стороны, вроде как он наконец озвучил, что в неоплатном долгу передо мной. Но с другой, вот такое недоверие к его людям, вполне может перечеркнуть недавнее расположение. Потому что этим я выказываю недоверие и ему лично. Конечно Мария Ивановна должна была представить всё в таком свете, что это она отказывается от сопровождения княжеской охраны. Вот только отец её не дурак и точно понимает откуда дует ветер.
Долгорукова сбежала по ступеням и закрепив перемётные сумки, одним махом вскочила в седло.
Чисто казак, ну или цирковая наездница, дар и плетения ей в помощь. Я подал знак Хрусту с Зимой и сам сел на коня, после чего наша кавалькада во главе с великой княгиней покинула дворец.
Именно княгиней, никаких оговорок. С момента проведения обряда обретения рода, она стала главой новой ветви Долгоруковых и княгиней. Хотя пока и без княжества. Вообще-то нонсенс, но она ведь наследница престола. И да, титул этот персональный, и не распространяется на её детей.
Если не обретёт своё княжество, то они в лучшем случае будут боярами. Таковы местные устои.
Едва оказались за воротами, как Зима пошёл передовым дозором, я стремя к стремени с Долгоруковой, Хруст замыкающим. Ну, пока-то мы движемся плотной группой, вот как выйдем за пределы Воронежа, так и растянемся, чтобы обеспечить безопасность.
— Пётр, я очень надеюсь, что не зря обидела батюшку. Да и ты попал ему в немилость.
— Серьё-ёзно-о. Его светлость оби-иделся. А о чём он думал, когда бросал малолетнюю дочь в адский котёл дворцовых интриг? Уж не о её ли благе.
— Пётр!
— Могу и помолчать, ваше высочество, если вам от этого легче. Но как по мне, он лишился права обижаться на вашу самостоятельность после того как не воспрепятствовал избранию вас в качестве наследницы престола. И уж тем паче, после трёх практически удавшихся покушений. Ладно в третий раз, с огромной натяжкой можно сказать, что мы с вами подготовились.
