– Вот оно что… надо найти Глафиру, пусть присмотрит за девочками, пока я тут… вожусь!
– Давыдова вам сейчас не помощница. Но я могу приглядеть за ученицами, я как раз свободен.
– Вы?! – Смотрительница окинула меня выразительным взглядом.
– Ядвига Карловна, ну что вы в самом деле, – хмыкнул я. – Не съем же я ваших воспитанниц. Мое присутствие им ничем не угрожает. К тому же… – оглянулся я на дверь, за которой скрылась княгиня и Глазов. – Я не впущу в башню гостей. Если они надумают явиться.
Смотрительница, все еще сомневаясь, хмурилась.
Она явно не знала, как следует поступить. Но тут живот Афимьи выдал длинную и громкую трель, а девушка сконфуженно охнула и скривилась.
– Ой не могу! – мучительно выдавила она.
– Вот же напасть! Ладно. Идите в башню, Дмитрий Александрович. Столовая справа по коридору. Присмотрите там, чтобы девчонки не учудили чего. И не выпускайте их, пока я не вернусь! Никого!
– Конечно, – кивнул я, удерживая на лице серьезную мину.
Афимья тихонько заскулила, хватаясь за живот, и Ядвига, шипя сквозь зубы, сунула мне в руки ключ, а потом потащила девушку в лекарскую.
Я же, ощущая себя вражеским лазутчиком и наглым захватчиком, отправился в святая святых, бастион женской неприкосновенности и черный оплот невинности. В башню.
Ключ в замке повернулся легко и гладко. Обычно эта дверь днем не запиралась, но похоже, приезд гостей не понравился настоятельнице, и она решила ограничить передвижение учениц. В голову закралось нехорошее подозрение.
Что, если княгиня, как и я, подумала о строптивой девушке, слишком часто убегающей в лес? И именно Катерину спрятала от бдительного ока правосудия. Неужели Елизавета думает, что Катя может быть причастна? Не верю… Хотя что я знаю об этой девушке? Лишь то, что у нее невозможные глаза и она не любит кошек… и пришлых чужаков, болтающихся в ее лесу.
Как наяву в памяти всплыли слова Катерины в нашу первую встречу: «Убирайтесь отсюда!»
Что, если она не любит чужаков слишком сильно?
Я помотал головой.
Да ну, чушь. Даже если исключить мои личные эмоции и мыслить просто логически: девчонка, конечно, сбегает из пансионата, но вряд ли может уйти далеко, все же Ядвига не дремлет. И вряд ли у нее есть возможность находить путников и отрезать им головы.
Я хмыкнул, открывая дверь.
За небольшим коридором свернул направо и услышал голоса.
– …говорю тебе, снова убили! – Голос Лидии Жерябкиной звучал почти восторженно.