"Повитуха из другого мира. Пора вылечить тебя, дракон!
Глава 1
Одиночество разрывало меня, подобно сотне когтистых лап. Я чувствовала, как тьма поглощает меня, стремясь поглотить без остатка. Мечась на месте, беззвучно кричала в пустоту. Не хочу. Не хочу оставаться вновь одна! Я прошла этот путь в прошлом, после смерти родителей, зачем снова? Зачем у меня в очередной раз отбирают опору? Глория стала моим первым, пусть и не добровольным, но другом в этом мире. Она помогла освоиться, хоть и прибавляла проблем. Я не желала отпускать её так просто, однако меня не спросили.
Когда от полного разрушения оставались считаные мгновенья, что-то внутри сломалось. Треснуло, с оглушающим звуком, и вспыхнуло во тьме. Во мраке прозвучал рёв, расходящийся подобно кругам на воде. Он нарастал, из тихого перерастая в сотрясающий горы. Дикий зверь ревел, отчего я затряслась и ощутила вибрацию.
Спустя пару ударов сердца ему ответил второй, более тихий рык. Кто-то звал, молил и требовал. Он обращался ко мне, заставлял лететь сквозь кромешную тьму.
Вытягивал из неё, словно рыбацкая сеть, захватившая богатый улов, и всё это под продолжающийся крик зверя. Мою раздроблённую отчаянием и скорбью душу сжало, как в тисках, и выбросило в появившийся сгусток света. Он ослепил меня, опаляя жаром, и засосал в себя. Весь мир вокруг затрещал, трескаясь и поглощаясь этим светом. Беззвучно закричав, прямо в унисон со странным зверем, я вынырнула в реальность.
Очнулась рывком. Со стоном отрывая глаза, тут же зажмурилась обратно.
Всё вокруг плясало в диком танце, закручиваясь в размытые тени. Голова раскалывалась, в груди будто зияла открытая дыра, сквозь которую вынули часть сердца. Потеря Глории больно ударила по мне, вгоняя в до боли знакомое чувство. Скорбь, неприятие столь безумного факта, как отсутствие соседки по телу. Она, истинная хозяйка тела, погибла. В то время как я иномирный паразит, осталась жива. Несправедливо.
По щекам заструились слёзы, но я не могла даже пошевелить рукой, чтобы стереть их.
Несправедливо! Внутри всё стонало и ныло, тело отказывалось подчиняться, а в голове то и дело всплывали наши разговоры с Глорией. Я была несправедлива к ней, заняла чужое место и даже не ощущала должного чувства вины. Какой же отвратительный человек, — провыла беззвучно, сдерживая рвущийся наружу крик.
— Тише, тише, — сквозь шум в ушах прозвучали тихие слова. Кто-то вытер моё лицо от слёз, согревая ледяную кожу своим теплом. — Ты жива, это главное.
