Наверняка останутся шрамы, и все-таки это рука… С лицом была бы настоящая катастрофа.
Вот почему Мэнди сбежала. Она была в ужасе. И в ярости. Она действительно хотела, чтобы мать испугалась и задумалась. Поняла, что зашла слишком далеко, потому что история с чайником может навлечь на семью большую беду. В школе, конечно, заметят, что Мэнди пропала, и, поскольку Алларды считались проблемной семьей, немедленно уведомят департамент по делам молодежи. Кэрол Джонс начнет расследование. Милашка Кэрол, такая энтузиастка и оптимистка… Иногда Мэнди бывала с ней груба, но Кэрол никогда не отвечала тем же.
Мэнди просто не понимала таких людей. Ладно, в случае Кэрол это не более чем профессионализм. Их учат этому – не поддаваться на провокации и всегда сохранять невозмутимый вид…
Мэнди прошла полгорода с рукой, обвязанной полотенцем. Ужасная боль добавляла злобы. Далеко не сразу она задумалась над тем, куда идет. Популярностью Мэнди не пользовалась, и друзей у нее не было.
«Будь добра к людям, и они ответят тем же», – говорила Кэрол.
Банальная мудрость… Звучит неплохо, но вряд ли работает. Во всяком случае, будет сложно заставить ее работать. Будь добра к людям! Легко сказать. Никто никогда не был добр к Мэнди, откуда же взяться добру в ее душе? Ну, а потом все это раскручивается, как по спирали, и ты уже не в силах ничего сделать. Остается смириться с тем, что так уж сложилась жизнь.
Утром Мэнди переписывалась с Котом в «Вотсаппе» – просто посылали друг другу «сердечки». Этим до сих пор ограничивалось их общение – «сердечки», «розочки», «поцелуи».
Безобидная игра.
Кот сидел на матрасе, курил косяк и доброжелательно смотрел на Мэнди. Вокруг него разлеглось десятка два кошек. Любой бездомный мог найти у него кров и пищу.
Внешне Кот вполне оправдывал свое прозвище – черные волосы до плеч, пронзительные зеленые глаза. Мэнди с порога спросила, может ли у него остаться. Конечно, может, ответил Кот.
Она прожила у него восемь дней. Курила «травку», что не вызвало никаких особенно острых ощущений, ночами обнималась с кошками и, как могла, лечила руку, походившую местами на кусок красного сырого мяса.
– Как бы не пошла инфекция, – волновался Кот.
Ему удалось раздобыть гель для лечения ожогов. Мэнди подозревала, что он слабоват для ее случая, но была рада и этому. Боль чуть отпустила, а с ней и страх. Мэнди каждый день меняла повязки, чтобы рана оставалась чистой. Беспокоил нехороший, гнилостный запах.
– Тебе нужно к врачу, – сказал Кот.
