Я давно пытаюсь с ней развязаться, но она не отпускает меня. Амели одержима мной и преследует меня повсюду. Сколько раз я объяснял ей, что пора все прекратить… В ответ – шквал звонков и сообщений. Она снова и снова появлялась у дверей моей квартиры, плакала, угрожала самоубийством, если я не впущу ее. Что я мог…
– Прекратите, Барнс, – оборвал его Калеб. Попытки взрослого мужчины переложить ответственность на плечи четырнадцатилетней девочки вызывали у него отвращение. – Когда вчера вечером полиция обнаружила вас в постели с Амели Голдсби, вы не производили впечатления беззащитной жертвы.
Так что не пытайтесь вести себя так, будто не контролировали ситуацию.
– В каком-то смысле я ее действительно не контролировал, – быстро возразил Барнс. – Амели позвонила мне сразу после того, как вылезла из окна туалета на заправке. Она была очень расстроена, и это еще мягко сказано. Что я должен был делать? Я поехал и забрал ее с улицы. Я…
– Что вы должны были делать? – закричал Калеб. – Вы должны были немедленно доставить ее в полицию, а не пускаться в эти бессмысленные бега! Вам вообще ни при каких обстоятельствах не следовало связываться с ней.
Когда в феврале вы вступили в сексуальные отношения с Амели Голдсби, ей было тринадцать. Четырнадцать исполнилось только в июле. За одно это, мистер Барнс, вы проведете за решеткой минимум два года.
Алекс Барнс выглядел так, словно вот-вот был готов расплакаться.
– Я не знал этого. Она говорила, что ей шестнадцать. Да она так и выглядела.
Видели бы вы ее накрашенную… Только на дне рождения в июле я узнал, что ей исполняется четырнадцать, и захотел немедленно с ней порвать. Но она меня не отпустила.
– Бедный страдалец… – Калеб покачал головой.
Алекс глубоко вздохнул:
– Амели просто сошла с ума. Все время угрожала покончить с собой, если я прекращу с ней встречаться. Я боялся, что она действительно сделает это.
– Поэтому вы, героически жертвуя собой, продолжали с ней спать, – подхватил Калеб. – Какая самоотверженность!
Алекс сжал губы и ничего не ответил.
"
"Хейл уже знал всю историю от Амели. Она рассказала ее тем вечером, в присутствии ошеломленных родителей. После вторичного исчезновения дочери родители думали, что ничего хуже быть не может. Жизнь убедила их в обратном.
– Амели звонила вам четырнадцатого октября, – сказал Калеб. – Она оставила машину на парковке возле «Теско» и пошла по Бернистон-роуд.
– Да, это был один из ее обычных звонков.
