- Насколько же ты грешна, Эйвери Таккер, что даже драконы тебя отвергли! – презрительным голосом произнес преподобный. – Их желудки оказались не в силах тебя переварить!
Тут Зигурт сытно икнул пирожками, и я усмехнулась.
- О нет, отец Таккер, драконы меня не отвергали! Но я кое-что забыла в деревне, поэтому мне пришлось вернуться.
Такого поворота он явно не ожидал.
- Мы пришли в этот мир без ничего и без ничего из него уйдем, – намекнул мне. – Поэтому твоего здесь ничего нет, Эйвери Таккер, так что иди с миром по своему грешному пути, но не забывай, что очень скоро он приведет тебя в ад!
Мои сородичи согласно загудели, и я поняла, что за месяц моего отсутствия в этом месте ничего не изменилось.
Наоборот, без меня им стало только лучше, потому что я прекратила смущать своим присутствием и поведением чужие зашоренные умы.
Эти люди жили в общине по доброй воле, большинство из них во всем было согласно с отцом Таккером, а остальные – если такие имелись, в чем я серьезно сомневалась, – попросту не хотели ни о чем думать или что-то менять.
Даже если кто-то и сохранил здесь зачатки собственной воли, то...
Ну что же, они все равно будут молчать!
- Мой молитвослов, – хищно улыбнулась я преподобному. – Я забыла его в Длинном доме и буду рада получить назад. Ведь именно из-за него я спустилась с Летающих Островов!
Отец Таккер растерянно моргнул.
Уставился на меня пронзительным взглядом, словно пытался рассмотреть то, что творилось у меня в голове, а я отстраненно подумала, что он похож на огромную жирную жабу.
Но озадаченная паства ждала его решения, поэтому он вскинул руку и возвестил:
- Заблудшее дитя Эйвери Таккер все-таки услышала голос Богов! Это означает, что для нее до сих пор не все потеряно и есть еще шанс на спасение! И если она раскается... О да, Эйвери Таккер, ты должна покаяться во всех своих грехах! – добавил он с удовольствием. – Здесь и сейчас, перед ликом наших Богов, передо мной и своей общиной ты искренне признаешься во всех своих прегрешениях, не пропустив ни единого! И тогда я тебя выслушаю.
.. Мы все тебя выслушаем, – поправил он себя, – а потом голос Богов сообщит мне, какое наказание во искупление тебя ожидает. Но оно будет самым что ни на есть суровым!
Я промолчала, а отец Таккер, кажется, уверовал в свои собственные слова. Посмотрел на свою паству:
- Корнелия Таккер, принеси ее молитвослов! – приказал он первой попавшейся на глаза девочке-подростку.
- Но, святой отец, я не знаю, где он! – растерялась та.
