Девочка посмотрела на овечку, сдвинув брови, и снова забормотала, на сей раз угрожающе: – Мятный соус! Смородиновое желе и жареная картошка! Быстрее!
Взметнулась фарфоровая шерсть – и отломанный хвост вдруг снова оказался на месте. Роуз поставила фигурку обратно на полку, на этот раз аккуратно, и скорчила рожу пастушке, которая презрительно задрала нос. Ее руки и раньше были сложены на груди? Роуз не помнила и надеялась, что Белла тоже не вспомнит.
Скромный маленький саквояж Роуз был погребен под горой чемоданов, возвышавшейся на черно-белом полу парадной прихожей.
Девочка видела лишь его краешек и держала руки за спиной, чтобы не поддаться искушению вытащить свой багаж. Ей не хотелось выпускать его из рук, эту частичку дома. Чтобы успокоить себя, она погладила свою фарфоровую куколку в кармане плаща, заметив, что одна щека куклы уже блестела больше, чем другая, оттого, что она постоянно проводила по ней пальцем.
Они едут, действительно едут! Роуз сама сбегала на почту с письмом мистера Фаунтина к лорду Линтону, британскому послу при дворе венецианского дожа, где объяснялось, что они прибудут так скоро, как позволит море.
Таинственные заморские слова, из которых был составлен адрес, танцевали в ее голове. Фредди переписал их на несколько дюжин ярлыков для багажа, сетуя на запутанное правописание. Даже к ее маленькому саквояжу привязали такой ярлычок.
Мистер Фаунтин оказался привередливым и требовательным путешественником, и по его милости гора багажа все росла и росла. Чтобы все увезти, наняли еще один экипаж, и сейчас кучер и двое мальчишек-конюхов складывали в него чемоданы, а мистер Фаунтин суетился и заклинал их быть осторожнее.
– Будь молодцом, Роуз, – строго сказала ей мисс Бриджес. – И, пожалуйста, если сможешь, следи, чтобы мисс Изабелла вела себя прилично. – Она взглянула на Беллу, которая стояла на ступеньках перед парадной дверью. Девочка держала в руках подаренную на Рождество куклу и выглядела очаровательно. – Или, по крайней мере, не давай ей… – Она снова замолчала.
– Не знаю даже, что и сказать, – вздохнула она.
– Я буду стараться изо всех сил, мисс, – пообещала ей Роуз.
– Возвращайся целой и невредимой, – велела мисс Бриджес еще строже, чем прежде, а затем, к изумлению Роуз, на мгновение заключила ее в объятия. – Вы тоже, мастер Фредерик, – добавила она поистине трагическим голосом.
– Да, мисс Бриджес. – Фредди как будто удивился. Он был уверен, что экономка терпеть его не может, так как он постоянно что-нибудь ломал.
