— Ты оглох? Животное!
— Ага, щаз, и пропустить дерби, бегая за тобой?
Илья с нескрываемым удовлетворением наблюдал за ней и улыбался. От снежной королевы не осталось и следа. Перед ним была настоящая бестия, глаза горели гневным огнем, а щеки пылали от негодования. Такая страстная и темпераментная Симона определенно нравилась ему больше, но и шума добавляла в значительной степени.
— Какое дерби?! Отпусти меня!
— Зенит — Спартак, — невозмутимо пояснил он и, взяв пульт, прибавил звук на телевизоре. Первый тайм был в самом разгаре, а его команда, к сожалению, проигрывала.
Придвинув стул, сел напротив экрана, чтобы лучше слышать комментатора.
— Ты издеваешься? Я сказала, расстегни наручники!
— А я сказал, что ты не поедешь, — не оборачиваясь крикнул он. — Но ты меня ослушалась, вот и терпи теперь. А будешь мешать мне смотреть, — Илья повернулся и многозначительно посмотрел ей в глаза, — я тебе рот заклею.
— Да ты совсем страх потерял! — не сдавалась Симона, посылая все новые проклятия на его голову.
— Я буду жаловаться! Я тебя посажу!
Илья не выдержал и специально резко вскочил, так, что стул с грохотом упал на пол. Подошел к кровати и хищно оскалился.
— Ты разве еще не поняла, что я всегда держу данное обещание? — Она судорожно вздохнула, но промолчала. Его голос не предвещал ничего хорошего, и Симона боялась даже предположить, на какие проблемы нарвалась своим поведением. Видимо, все-таки довела его до ручки.
Илья вышел из комнаты и вернулся через пару минут со скотчем в руках.
Глаза Симоны округлились от недоумения. Все происходящее казалось дурным сном и никак не вписывалось в картину ее реальности. Угодить в такую идиотскую ситуацию она просто не могла по определению. Взрослая, серьезная женщина… а это какое-то издевательство, больше похожее на ролевые игры. Но ей не нравилось в них играть!
— Ты не посмеешь! — Глядя на то, как Илья приближается, она отчаянно замотала головой в разные стороны, мешая ему изо всех сил.
Но его было не остановить.
Ловко запрыгнув на кровать, он сел на Симону сверху, тем самым изолировав ноги, опасно летавшие мимо него, и преспокойно оторвал нужный кусок клейкой ленты.
— Помолчи. — Зафиксировав голову Симоны в нужном положении, приклеил скотч на губы. Она замычала в ответ. — Ну вот, так гораздо лучше."
"Илья слез на пол и едва увернулся от очередного града ударов. Глубоко вздохнув, вновь взялся за скотч. Несколько манипуляций — и ноги Симоны тоже оказались обездвижены.
