— Мормон ёбаный… — прокомментировал анестезиолог. — Слышь, Георгиевна, что-то наша Наташа слишком стала шевелиться! Девки, тащите каталку! — громогласно распорядился Аркадий Петрович.
Вторая акушерка и санитарка выбежали в коридор за каталкой.
— А в женской консультации меня на учёт не поставили. Потому что у меня ни прописки, ни полиса, ни денег! — продолжала родильница.
— Давай, давай, Наташа. Держись за меня ручками и не дёргай ножками!.. Сосредоточься! Ну что, раз-два-три!
На «три!» Аркадий Петрович и вторая акушерка с санитаркой переложили грузную пациентку на каталку.
— Почему мне сверхурочные за работу грузчиком не платят?! — шутливо возмутился в пространство родзала анестезиолог."
"Татьяна Георгиевна содрала перчатки, швырнула в таз, сняла хирургический халат, фартук и кинула на пол.
— Планида потому что твоя такая, анестезиологическая! — сказала она старому другу.
— Не поставили меня на учёт! — стонала тем временем Наташа. — Двое детей у нас с подругой и Васей уже есть.
Жрать не на что. Вася не работает. Подруга за нашими общими детьми смотрит. Их в поликлинику на учёт тоже не поставили, потому что не прописанные. Вася добрый, но не работает. Жить пустил, да и ладно! Я в супермаркете уборщицей — там прописка не нужна. Не таджичка — и то хорошо. Я не думала дома рожать. «Скорую» хотела вызвать. Не бросят же меня, как собаку бездомную! — зарыдала в голос уже почти окончательно очухавшаяся Наташа. — А тут со смены пришла — схватки. Воды отошли.
Пока Вася куда-то там звонил — я уже и родила. Второй же… А где Вася?! — захлёбывалась родильница.
— А и действительно, где Вася? — поинтересовалась неизвестно у кого первая акушерка.
— Эх, бабы, бабы! — вздохнул Аркадий Петрович. — Леночка! — обратился он к анестезистке. — Уколи этой кретинке трамадол.
— Так его же списывать надо! — возмутилась анестезистка Леночка.
— Мой, из личных запасов уколи.
Татьяна Георгиевна вышла в коридор и села за стол, записать в историю родов всю правду и ничего, кроме правды.
«Беременность…»
— Наташа, какая беременность?! — уточнила она у стонущей на каталке женщины.
— Вторая. Я аборты не делала. Лучше бы делала, дура. Да только… Моему первому туберкулёз поставили в детском саду. Вася как-то его, моего первого, в детский садик пристроил. Не знаю как… Без поликлиники-то. Я в том детском саду тоже уборщицей. А ему туберкулёз. Вася в санаторий отдать не согласился, хотя предлагали.
