До боли. До хрипоты. Но… она молчала. Горькие слезы безостановочно стекали по ее щекам. Жалили кожу точно острыми иглами. Девушка молча сглатывала соленую влагу, задыхаясь от осознания случившегося. Ее душа огнем горела. Полыхала. Металась и кровоточила. А сердце… на его месте словно огромная зияющая дыра образовалась. Прежде ей казалось, что самое страшное с ней уже произошло. Что после убийства матери прямо у нее на глазах, после ее смерти у нее на руках… ее уже ничем не пронять. Ничем не шокировать. Ничем не раздавить морально.
Как же жестоко она ошибалась! В голове нескончаемым потоком проносились жуткие сцены свершившейся расправы. И внутри все до предела сжималось. Чувство потери уничтожало.
«Даня! Данечка! — беззвучно выла она, безжалостно кусая свои губы. — Прости… Прости, дорогой! Ты пострадал из-за меня! Из-за меня. Это случилось из-за меня! Боже, если бы я только знала, чем все закончится…»
Ей было жаль всех, навеки оставшихся на той поляне. Всех, без исключения. И защитников, и нападавших.
Так или иначе, но все они были людьми.
Хорошими. Обычными. Или же плохими. Но людьми, черт подери!
А теперь их жизни оборвались. Их сердца не бьются. И чего ради?
Она судорожно всхлипнула, игнорируя тошноту, подкатившую к горлу.
«А Соня? — подумала вдруг, ощущая, как от страха за нее внутренности тугой спиралью скручиваются, и конечности цепенеют. — Как там Соня? И Алексей? Господи, нет! Не забирай его! Только не его! Он еще… нужен здесь. Очень нужен. Нам. Андрею. Соне.
Их будущему малышу…»
— Не скули! — внезапно рявкнул на нее Соколовский.
Лиза даже не вздрогнула. Рискуя как минимум схлопотать удар по лицу, смерила его взглядом, полным абсолютной ненависти, и тихо обронила:
— Я похожа на дворняжку? Или на псину продажную? Нет, Шмель! Скулить – это больше по твоей части! А я… скорблю по людям, которых ты убил!
— Надо же, какая сердобольная выискалась! — зловеще захохотал он.
— Как ты мог? — Лиза машинально сморгнула набежавшие слезы. — Столько людей лишились жизни по твоей вине! Ты же… своих предал, как тот шакал!
— Они никогда не были моими! — безразлично бросил мужчина, сосредоточившись на дороге.
— Долгие годы я был обычным членом банды. Бесправным. Безликим. А потом все перевернулось с ног на голову. Я возвысился. Мой статус изменился. Я стал шпионить за ними. И до сегодняшнего дня виртуозно справлялся со своей задачей!
У нее кровь в венах вскипела от его слов. И разум помутился окончательно.
