– А Диляра? Кто она? Ты собрался на ней жениться? Забыл, что обещал? – едва не сорвалась я на визг. Но, скорее, сказала с надрывом.
– Собрался, – коротко сказал муж и этим словом просто убил меня.
А я ведь и не знала, что слова могут убивать. Голова моя чуть ли не лопалась.
Просто не понимала, что происходит!
Он привел в дом чужую женщину и собрался на ней жениться, лечь с ней в постель и ласкать ее точно так же, как ласкал меня, переходить от меня – к ней, и при этом не считал чем-то зазорным.
Как я могла так ошибаться в нем? Как? Разве так бывает, что ты живешь и веришь во что-то, а потом твоя вера рассыпается в труху и пепел?
Как жить после этого? Как верить людям? Как опомниться от кошмара и не потерять себя?
Спасет только гордость – поняла я.
Гордость и решимость идти до конца, чтобы не прогнуться под мерзавца. Который так легко предал меня. Забыл свои клятвы. Растоптал всё светлое, что было у нас.
Тогда и я предам, забуду, перемелю и растопчу. Найду самое больное и уязвимое место и надавлю туда с острасткой и охотой.
И мне не будет его жалко – ведь разве он пожалел меня?
Око за око."
"– Собрался? Чудесно, – пропела я, натягивая на лицо фальшивую улыбку, мой приторный, сладкий голос мало отражал то, что творилось внутри, но я продолжала: – Раз так, то я считаю наш брак расторгнутым, пусть и неофициально. Есть законы государства, а есть законы чести и совести, Карим. Как там говорят у вас? Я с тобой развожусь? Или надо сказать три раза? Теперь же мы живем по восточным правилам со всеми вытекающими? Я с тобой развожусь! Я с тобой…
– Полина! – снова сотряс воздух Карим, рыча в трубку.
– Побойся бога, женщина! Что ты творишь?! Ты безумна!
– А кто виноват, Карим? Кто в этом виноват? – рассмеялась я, уже находясь на грани истерики.
– Где ты? Немедленно говори!
– Ты этого хочешь? Что ж… Я с другим мужчиной. Я поняла, что не готова делить мужа с другой и вернулась к тому, когда всегда любила, – самозабвенно лгала я, наслаждаясь болью, которую осязала даже через трубку.
Не сомневалась, что Карим поверит в ложь, ведь наличие в моем прошлом Полянского – его конкурента во всем – всегда было его единственной Ахиллесовой пятой. – Вернулась к тому, кто примет меня и мою дочь. Кто нас полюбит.
– Ты врешь!!! – яростно прорычал муж, изрыгая проклятия. – Ты не могла пойти к нему!!!
– Почему же? Именно это и я сделала. Приехала в квартиру, где буду ночевать, а ты иди к своей Диляре.
