Мне кажется, он был очень озабочен этим вопросом, потому что после меня пошёл к кардиологу.
— Хорошо, спасибо, я поняла вас и услышала. Мне действительно важно было это знать.
— Не за что. Тогда назначаю дальше капельницы и уже по обстоятельствам с медсестрой там договаривайтесь.
— Хорошо, — выдохнула я.
Ближе к обеду отчаявшись разобраться в документах на развод, я все-таки выглянула в коридор и осмотрев подъезд, медленно прошла в сторону лифтов, вызвала, спустилась вниз, погуляла вокруг дома до тех пор, пока не отморозила нос, вернулась обратно и на пороге, и возле своей квартиры столкнулась с Владимиром.
— Добрый день, Зоя Марковна.
Он похлопывал по руке толстым конвертом.
— Добрый день, Владимир, что случилось? — Обеспокоенно уточнила я, ощущая где-то на уровне эмоций, что сосед был чем-то то ли расстроен, то ли недоволен.
— Да, так, есть некоторые моменты. Я хотел вам вот это передать, ваш муж вчера был настолько щедр, что решил свою благодарность показать в материальном плане.
У меня к лицу прилила краска, и я, прикусив губы, выдохнула:
— Простите, это было…
— Да, это было дерьмово, — заметил Владимир и вздохнул, — но отчасти, я его понимаю, ему нужно было расставить правильные акценты, и он это сделал.
Я не могла решиться поднять глаза на соседа, потому что испытывала стыд от поведения Виктора.
— Он очень в отношении вас поступил неправильно, — выдохнула я.
— Но, уверяю вас, он не хотел вас унизить, или…
— Зоя Марковна, — перебил меня Владимир и, вздохнув, произнёс, — в том-то и дело, что он хотел меня унизить…
Глава 39
Зоя.
После разговора с Владимиром, с этой стопкой денег у меня внутри бушевало столько эмоций, что я сидеть на одном месте не могла, металась, как чумная по квартире из угла в угол.
Да, Владимир проявил высшую степень понимания к ситуации и поэтому просто так поступил. Но вместе с тем, то как поступил Виктор, это выходило вообще за границы приличий. Он вёл себя, ну, действительно по-скотски.
И я не знала, что делать с такими вывертами фантазии мужа.
Я ненавидела ощущать на себе всегда стыд, то есть это было безумно тяжело для меня, я это приравнивала к тому, что словно бы голая оказывалась среди толпы народа и Виктор, зная мою вот эту особенность, мой своеобразный пунктик, он все равно вывернул, подставил ситуацию так, что я вынуждена была краснеть за его поведение.
Нервы сдали в момент, когда стрелка часов упала на обед, я подхватила мобильник и набрала мужа. Он ответил буквально после первого гудка.
