У старшины был компас, и они двинулись в нужном направлении.
Километра через два старшина неожиданно зацепился за корягу и упал.
– Катков! Да тут яма, что-то вроде медвежьей берлоги. Вот парашюты здесь и спрячем, а для надежности ветками закидаем. Кто их найдет в этой глухомани?
Подгнившее дерево вывернулось с корнями, раскидав при падении землю. Образовалась яма приличных размеров, и сюда не то что парашюты – легковушку спрятать можно. Туда они и зашвырнули скомканные парашюты с сумкой и привязной системой.
Наломав веток, забросали ими схрон. Им нужно было выгадать два-три дня, а потом пусть находят, их в немецком тылу уже не будет.
Без парашютов шагалось легче, старшина пер как трактор.
Уже на рассвете, когда они вышли к опушке, сделали десятиминутный привал.
– Понаблюдать надо.
Игорь сделал глоток коньяка из фляжки подполковника и протянул ее старшине:
– Глотни.
Володя сделал два крупных глотка и, поперхнувшись, закашлялся.
– Я думал – вода, – едва отдышавшись, просипел он. – Это ты что, у Стрюкова фляжку спер?
– Есть такой грех.
Верну!
Параллельно опушке леса шла грунтовая дорога, но в период действия комендантского часа немцы запрещали местным жителям передвижение по ней. С восьми вечера до восьми утра – только по специальным пропускам. Если же они замечали подходящих к КПП гражданских, стреляли сразу, издалека. Были случаи, что подходил партизан, забрасывал пост гранатами, а потом забирал оружие убитых."
"Сейчас для Игоря со старшиной главным было, чтобы их никто не увидел.
Ведь немцы ни днем ни ночью в лес не совались, и потому, если патруль их увидит, не посмотрит, что форма своя, обстреляет.
– Никого нет, вперед.
Они выбрались на дорогу и двинулись на запад.
Спустя некоторое время показалась деревня.
– Будем заходить? – спросил Игорь.
– Обязательно. Дождемся утра и пойдем дальше. Заодно и отдохнем.
Двигаться пешком по дороге – уже подозрительно, в своем тылу немцы передвигались на транспорте: мотоцикл, легковая или грузовая машина, на худой конец – велосипед.
А чего мелочиться, если все ресурсы Европы под ними? Немцы берегли солдат, а не технику.
Старшина явно рассчитывал поймать утром попутку.
Летягин постучал ногой в калитку.
Из избы выглянул дед.
– Ду бист полицай?
– А, полицай, господин немец! Так третья изба отсюда, – и дед для убедительности показал три пальца в направлении избы.
Летягин постучал в калитку нужного двора.
– Кого несет? – раздался грубый голос из-за забора.
