– Все знали…
– А ты?
Возвращаюсь с чашкой за стол и сажусь напротив нее.
– И я.
– Тебя все устраивало?"
"Тетка отвечает не сразу. Берет вафлю и, откусив, громко ею хрустит. Затем, сделав глотов горячего напитка, снова смотрит на меня.
– Устраивало. До поры, до времени. Я не ревновала его.
– Потому что не было чувств, – делаю предположение.
– Не было, – кивает утвердительно, – Мне было удобно. Сережа никогда не обделял меня.
– И как все изменилось?
– Мне надоело, – пожимает плечами, – Жить вот так… Изображать из себя кого-то…
– Ты ему это сказала?
– Вчера он прилетел из Москвы, а я встретила его скандалом, – хмыкает, ссутулив плечи, отчего кажется совсем хрупкой, – Сказала, чтобы проваливал к своей бабе.
– А он? – затаиваю дыхание.
– Собрал вещи, которые уместились в один чемодан, и ушел.
Все, что рассказывает Юля, не укладывается в моей голове. Семья Беломестных, несмотря на некоторые нюансы, всегда казалась мне крепкой. Оба относились друг к другу с уважением и, если не любили, то точно испытывали симпатию.
– Боже мой!.. Вы разведетесь?
– Я хочу развод, Варя. Я больше не хочу ни от кого зависеть, – снова откусывает вафлю и продолжает говорить с набитым ртом, – У меня есть квартира и галерея. Те деньги, которые он вытащил из фонда Мари, мне не нужны. Я и без них обеспеченная женщина.
Мое гулко стучащее сердце разгоняет кровь по венам. Губы самопроизвольно растягиваются. Юля вскидывает подбородок.
– Пошли они все, Варька! И Бжезинские, и Беломестные! Я уже забыла, когда в последний раз дышала полной грудью.
Глава 49
Варя
Юля задерживается. Дожидается, когда проснутся мальчишки и какое-то время проводит с ними. Черкает вместе с ними в раскраске и говорит – говорит – говорит. Рассказывает о том, как впервые узнала о том, что у Сергея Николаевича появилась любовница. Как, будучи в курсе, молчала почти два года и как потом пообещала ему, что никогда не посягнет на его свободу. Разумеется, взамен на его внимание и финансовую поддержку.
Я слушаю, не перебивая.
Чувствую и понимаю ее потребность выговориться, чтобы избавиться от тяжести на сердце.
Наконец, глянув на часы, она начинает собираться домой. Перед выходом расцеловывает мальчишек и обещает им целую тонну новых раскрасок.
– Да!.. – вскрикивает довольный Арсений, наверняка не подозревая, сколько это – тонна.
Всучив ему красный фломастер, я привычно подхожу к окну, чтобы проводить Юлю взглядом. Вижу ее темную макушку и стремительный шаг в сторону такси.
