Судорожно ищу рукой дверную ручку сзади, но из-за испуга ничего не получается.
– Тогда ч-что в-вам нужно? – заикаясь, спрашиваю я и задерживаю дыхание.
Приходит запоздалая мысль, что я никому не сообщила о его приходе, и мы находимся здесь одни, не считая спящей на диване Светы.
Глава 22
По юности из-за скромного характера я не особо пользовалась спросом у мужского пола, а когда вышла замуж за Антона, и вовсе стала для них невидимкой. Так что интерес Герасима воспринимаю ничем иным, как угрозой.
– Что вы молчите? – сердито переспрашиваю, так и не добившись от него ответа на свой предыдущий вопрос.
Гнев помогает мне взять себя в руки и перестать трястись, и я напоминаю себе, что передо мной стоит не какой-то преступник, а начальник полиции и к тому же друг моего старшего брата. Так что он в курсе, что меня есть кому защитить.
– Я уже сказал, для чего пришел. Но если бы вы читали сообщения, то и приходить бы мне сейчас не пришлось.
Он наклоняет голову набок и рассматривает своим темным взглядом, испытывая мои нервы на прочность.
Я же кидаю взгляд себе за спину, выискивая телефон, который, как оказалось, лежит на тумбочке у камина, и едва не чертыхаюсь, что поставила его на беззвучный.
Будь он рядом, я бы схватила его и прочла, что написано в сообщении Герасима, но не хочу отходить от двери слишком далеко.
– Не хватило терпения? – вздергиваю я бровь. – Я думала, для вашей должности требуются как раз те люди, у кого с этим никаких проблем нет.
– Дело не в этом. После того скандала, который ваши родственники устроили в участке, я забеспокоился, что найду здесь ваш труп.
– Так вы беспокоились? Поэтому пришли?
Мне не верится, что я это произношу. Всё кажется, что он сейчас рассмеется над моей наивностью и скажет, что я слишком много на себя беру. Вот только время идет, а этого не происходит. Но второй раз он ничего не повторяет, достает вместо этого из нагрудного кармана блокнот с ручкой, что-то пишет на нем, отрывает бумажку и протягивает мне.
– Что это? – спрашиваю я с опаской и беру листочек в руки.
– Адрес? Что там?"
"Я смотрю на Герасима с подозрением, чувствуя какой-то подвох, но при этом и предвкушение. В отличие от Антона, этот мужчина вызывает у меня множество вопросов. Его я никак не могу прочитать, совершенно не понимая мотивов и целей.
– Завтра в семь вечера жду вас по этому адресу. Можете опоздать минут на тридцать, – добавляет он последнее после легкой усмешки. Издевки в этом жесте нет.
