Продукты они тогда сразу вывезли. По нашим данным, на север, в северные районы страны. По всем признакам орудовали не наши. Кто-то из чужаков охотился за эшелоном. Просто удобнее оказалось на территории нашей области провернуть это дельце. Дело у нас Москва забрала.
– А ты что думаешь, Олег Иванович? Правда залетные?
– До конца не уверен. Если у человека связи в криминальных кругах не только своей области, если навел кто-то, мог и здешний грабануть и быстро уйти с товаром. Точнее, отправить подальше отсюда перекупщику, который его ждал.
Но люди, которые это дело провернули, крови не боятся. Были там моменты. Потом расскажу, Виктор Алексеевич.
Коган успел сунуть руку в карман, но двое прижали его к стене так, что он не мог пошевелиться. Редкие прохожие на плохо освещенной вечерней улице шарахались в сторону, видя, что в подворотне назревает драка или еще чего похуже. Наверное, кто-то побежал звонить в отделение милиции. Сосновский оценил всю опасность ситуации. Стоит ему только на миг показать, что он опасен и готов оказать активное сопротивление, и Когана тут же убьют: застрелят или пырнут финкой.
Михаил не мог разглядеть, кто и как держит Когана. Но резких движений делать нельзя, и он медленно вытащил руки из карманов, показывая, что оружия в них нет.
– Оп-па! – весело сказал высокий парень в кепке и с оттопыренными ушами. Видимо, главный здесь. – Я говорил, что еще встретимся? Ну, вот теперь и покалякаем.
– А что такое? – дурашливо осведомился Сосновский, давая время Когану придумать, как освободиться или как не дать себя убить.
– Я кому-то в трамвае на ногу наступил или на туфлю плюнул? В чем дело, хлопчики?
– Стой где стоишь, фраерок, – предупредил ушастый, проведя возле горла Когана финкой. – Мы вот этому твоему корешку говорили. У нас два раза не предупреждают. Сказано, чтобы уехали из города, а вы не послушались.
– А что твоему городу сделается, если мы поживем тут немного, пивка местного попьем? – снова удивился Сосновский.
Он болтал, ослабляя своей игрой внимание бандитов, хотя понимал, что трепаться они умеют не хуже него и его пустой треп воспринимают всего лишь как попытку потянуть время.
Сосновский напряженно пытался оценить ситуацию и спланировать хоть какие-то действия. «А ребята не простые. Они ловко нас спеленали. Пятеро их, многовато для двоих. Пятеро, и все вооружены. Без оружия тут по ночам не ходят. И никто, кроме ушастого, оружия на виду не держит. Значит, недооценивают они нас.
