Виктор Алексеевич вот, сам того не ведая, оказался в самом начале даже участником этого спектакля.
– Да, – усмехнулся Буторин. – Нет больше вашего Лехи Машного. Хотя за помощь ему, конечно, спасибо. Он сегодня за мной все утро ходил, а потом пришлось его нос к носу ставить. Он и сказал, что не просто следит за мной, а ищет способа встретиться и переговорить без свидетелей. Ну, и сказал, что Гриб хочет со мной увидеться, предложение есть ко мне о совместном налете. Заявил, что о моем ответе немедленно сообщит Грибу.
А через пять минут после того, как мы с ним расстались, его насмерть сбила машина на улице.
– Убийство? – быстро спросил Сосновский. – Казнь за предательство?
– Не исключено, – согласился Буторин. – На несчастный случай это было мало похоже. Единственное, что непонятно в этом происшествии, а почему его было просто не зарезать в переулке в назидание своим? Зачем нужна была предварительная встреча со мной?
– А может, он тебе продемонстрировал свои гарантии, – предположил Коган.
– Мол, если что не так, то он любого убьет, лишь бы дело сделалось. Ни перед чем не остановится. Мол, разговор короткий с теми, кто скурвился. А заодно и тебе передал, что увидеться хочет. Теперь Лехи нет, никто не знает, что он к тебе с посланием от Гриба приходил. Гарантия, между прочим. Если дело серьезное предлагает, то гарантия серьезная.
– Все может быть, – согласился Карев. – Кстати, машина, которая сбила Машного, нашлась. Брошенная на окраине около оврага.
Отпечатков на руле нет, руль старательно протерт. Номер совпадает с показаниями очевидцев. Водителя грузовика в лицо никто не запомнил. Никто не ожидал наезда. Машина и машина. Мало ли. Принадлежит машина автопарку железнодорожного узла. Угнана примерно за час до наезда на Машного. Водитель почти час не знал об угоне. В универмаге подарки дочкам выбирал на Новый год.
Машина явно угонялась без предварительной подготовки. Это было понятно. Просто, когда водитель останавливается возле универмага накануне Нового года, ясно, что не на пять минут.
Ничего здесь не выжать, никаких ниточек машина не даст, оставалось надеяться, что Гриб все же снова выйдет на контакт.
Филонов пришел в себя почти сразу. Хотя голова и гудела от удара о металл, но холодный снег, в который он упал лицом, быстро привел его в чувство. Павел видел, как машина катилась вниз к воде, как проломила лед и стала погружаться.
