Обычно мне всегда нравятся песни, которые мне показывает Шмелев. Но именно сегодня каждая строчка не особенно глубокого, но приятно движового трека западает мне в самое сердце. Мне действительно уже не стыдно, не больно и не страшно.
– Поставь на повтор, – прошу я.
И под этот саундтрек мы наконец заходим в колледж. На диванчике у входа сидят Долин и Тит. Вадик показывает экран телефона и, захлебываясь хохотом, что-то пытается пояснить Антону. Спелись. Я улыбаюсь, глядя на них. Раньше и подумать не могла, что эта разношерстная тройка так меня поддержит.
При этом удивительно скорее то единение друг с другом, которое они выказывают.
Парни видят меня и торопливо поднимаются на ноги. Долин смотрит обеспокоенно, Вадик – с искрящимся весельем. В очередной раз поражаюсь тому заряду позитива и доброты, который Тит носит в себе. И, честно говоря, мне сейчас гораздо приятнее его реакция. Не хочу, чтобы меня жалели.
Оставляю торопливые мимолетные поцелуи у них на щеках. А потом оглядываюсь и чувствую внезапный прилив слабости.
На мгновение мне кажется, что я не смогу. Мне хочется сбежать и залезть обратно под одеяло. И пусть делают со мной что хотят!
Но я напоминаю себе, что старая Женя обратилась в пепел. А новая не имеет права на слабость – по крайней мере, сегодня.
Поэтому я расправляю плечи и иду вперед. Ярик держит меня за руку, а слева пристраиваются Вадик и Антон. Это определенно придает мне смелости.
В наушниках на повторе играет песня, которая напоминает, что мне не стыдно, не больно и не страшно.
Я еще сильнее расправляю плечи и болезненно выпрямляю спину. И наконец ловлю определенный кайф от того, какую силу в себе чувствую. Я смогла. И что вы мне противопоставите? Тонну неудачных фотографий и миллион скабрезных анонимных комментариев? Да я вас перекушу в секунду.
Тит веселит меня, отвешивая бесконечные шуточки, и я искренне начинаю смеяться. Когда добираемся до нужной аудитории, я уже хохочу на весь коридор и, конечно, наслаждаюсь тем, какими обескураженными взглядами меня провожают студенты.
Особенно девочки.
Наверняка они все видели. А многие еще и подливали масла в огонь. Так пусть подавятся.
У дверей аудитории мы прощаемся с Антоном. Он берет меня за плечи и целует в щеку. В этот момент чувствую, как Яр сильнее сжимает мои пальцы.
Долин салютует ото лба четырьмя пальцами и говорит:
– На перерыве в столовке?
– На перерыве в столовке, – подтверждает Вадик, серьезно кивая и повторяя его жест.
В дверях мы немного задерживаемся.
