Я катил тележку с гастрономическим изобилием по коридору, приближаясь к кабинету Терехина. По дороге я стучал во все двери, предлагая обитателям кабинетов выпить-закусить от щедрот руководства. В одном из них двое уже изрядно поддатых сотрудника взяли бутыль сорокаградусной «на ход ноги». Два других оказались заперты. Из-за следующей доносилось, кудахтанье, сопение, полузадушенные стоны и охи. Я постучал в дверь. Охи и стоны прекратились, и хриплый мужской голос поинтересовался, какого черта мне надо.
– Выпивка и закуски, – бодро ответил я.
– Пошел нах... – и я пошел.
В этот момент дверь кабинета Степаныча отворилась. Вышедший оттуда аккуратно запер дверь и миновал меня, даже не удостоив взглядом.
Кто же смотрит на официанта?
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
Глава 25
Зачем, не понимаю, люди ставят двери из суперпрочной танковой брони, чтобы потом оборудовать их замками, сляпанными на скорую руку трудолюбивыми китайскими халтурщиками? Дверь в квартиру Терехина я открыл за какие-то десять секунд.
Недурно, хотя до норматива мастера спорта международного класса по взлому я, конечно же, не дотянул, но во второй спортивный разряд уложился уверенно."
"Я вошел в прихожую, достал небольшой фонарик и, включив его, посветил себе под ноги, чтобы не ступить куда не надо, потом вокруг себя и уперся взглядом в висящее на стене большое фото. Луч фонарика задержался на нем. Так, что это у нас? Ага, Андрей Степаныч собственной персоной, лет на двадцать моложе нынешнего, в обнимку с отдаленно на него похожей русоволосой девчушкой лет семи-восьми на фоне Вестминстерского аббатства в Лондоне.
Оба улыбаются (девочка, – демонстрируя отсутствие переднего верхнего зуба) и держат перед собой руки с расставленными в виде букв «V» пальцы.
Я поднял кулак и с удовольствием треснул себя по лбу, отчего задремавшие было мысли забегали по черепной коробке. Боже, какой же я все-таки дурак! Перестав притворяться взломщиком, я включил верхний свет, прошел на кухню и поставил чайник на огонь.
Потом достал из кармана трубку.
– Господин адмирал, это я.
– Уже подъезжаю, Стас.
– Не надо ехать на Войковскую, возвращайтесь домой, жду.
– Где?
– У вас дома, так что поднимать стрельбу сразу от входа и бросать гранаты не надо, я пришел с миром.
– Шутник, твою мать... – и он отключился.
Налив себе чаю, я закурил, откинувшись к стене, вспоминая прошедший день.
