Корявенько разогревшись, я надел перчатки и пошел колотить по груше в стиле «получи, пра-ативный», попадая по ней через два раза на третий.
– Мужик, эй, мужик!
Не оборачиваемся, это, видимо, не нам.
– Мужик, ты че, глухой?
Надо же, это он, оказывается, меня звал.
– Это вы меня?
– А кого еще?
– Я думал, не меня. Видите ли, все мужики сейчас к уборочной готовятся...
– Очень умный, да?
– Да как вам сказать...
– Щас дам в репу, сразу станешь проще.
– Не понял...
– А хрен ли тут понимать, пошли на ринг, поработаем.
– Видите ли, я не совсем в форме, может, как-нибудь в другой раз...
– Да не ссы, я тихонечко. Поработаем пару раундов на технику и все, свободен.
– А может, все-таки...
– Короче, ты уже достал. Или идешь на ринг, или я прямо здесь тебе настучу.
Ладно, на ринг, так на ринг. Неловко протискивая тушку между канатов, я робко поинтересовался:
– А какие правила?
– А никаких правил, гы, гы, гы...
Ладно, уговорил, речистый, никаких так никаких. А сам-то, как видно, из боксеров будет, ишь, стоечку принял, пританцовывать начал, Рой Джонс хренов.
Я шагнул вперед с опущенными руками, он скользящим шагом двинулся мне навстречу. На его честном и бесхитростном личике можно было без особого труда прочесть весь план на бой, вернее, на избиение младенцев. Сначала он хлестко пробьет мне по печени с левой, ей же ударит в челюсть снизу, а потом добьет правым боковым в висок. Чтобы облегчить хлопцу задачу, я двинулся вперед и широко размахнулся правой рукой.
Он шагнул левой ногой мне навстречу, и я тут же ударил его носком правой ноги под коленную чашечку. При правильной постановке носка ударной ноги, то есть не перпендикулярно, а под углом в сорок пять градусов к точке приложения удара, противник испытывает зверскую боль. Кроме того, у него становится на одно здоровое колено меньше. Все так и получилось. Он получил удар как раз в тот момент, когда переносил вес тела на левую ногу. Беднягу аж скрючило от боли, он согнулся, и я добавил ему локтем по затылку.
Оттащив отключившегося бойца с ринга, я подошел к его впавшим в ступор подельникам.
– Ты шофер?"
"– Я, – хрипло ответил молодой прыщавый парень, самый хилый из них троих, и тут же был поощрен за откровенность указательным пальцем под кадык. Парень закашлялся и сполз со скамейки.
– Э, ты че? – схватил меня за футболку третий. Если мне не изменяет память, в этой супергруппе он был старшим и звали его Вован.
