Если бы те качки решили учить ее плавать, она бы точно так же на них реагировала.
На этом месте здравый смысл, наконец, вмешивается в мой бессмысленный внутренний монолог и я протяжно вздыхаю. Во-первых, я бы ни за что не подпустила каких-то левых мужиков к дочери. А во-вторых, с чего бы этим самым “левым” мужикам лезть к чужой девочке?
Вот это и настораживает… Для Максима Алина — абсолютно чужой ребенок. Он не знает, что она его дочь. Со мной он явно не хочет иметь ничего общего. Тогда почему? Почему он так тянется к ней? Просто от скуки? Чтобы насолить мне?
Господи, я наверное, никогда не пойму этого мужчину.
Не уверена, что он и сам себя понимает, если честно. Потому что всего действия последних дней абсолютно противоречат его же словам.
Если семь лет назад “ничего не было”, тогда почему он всячески пытается возродить во мне все те болезненные воспоминания??
В общем, к тому моменту как я выбираюсь из бассейна (по лесенке, разумеется), мне хочется, словно тот самый грозный коршун с его татуировки, выхватить свою дочь из его рук и переехать в другой отель.
Да хоть лично в пентхаус к Саиду! В данный момент я даже на роль пятнадцатой жены шейха согласна, лишь бы оказаться подальше от босса.
Но Вселенная, как и моя дочь, снова не на моей стороне. И если к ударам от первой я уже привыкла, то предательство Алины заметно расшатывает мою нервную систему.
— Мааам, мы голодные, — весело сообщает она.
Вряд ли под “мы” она подразумевает себя и Месье Колбасье, который остался в нашем номере.
Хотя честно признаюсь, ее плюшевого кота я бы с куда большим удовольствием накормила.
— Аниса говорила, что между обедом и ужином здесь есть что-то вроде полдника.
— Так он только в четыре, — напоминает Горский. — Еще сорок минут ждать. Можно перекусить здесь, в кафе.
“У богатых свои причуды, — мысленно вздыхаю.” Не вижу смысла тратиться на кафе, если у нас и так пакет “все включено”. Тем более, судя по вывеске, там один фастфуд!
Второй аргумент я привожу вслух и тут же нарываюсь на двойную волну возмущения.
И если Алина ограничивется лишь насупленным вглядом, то Горский не упускает случая высказать свое очень важное мнение:
— А на шведском столе нас что ждет, по-вашему? “Снэкс” это не ужин, а просто перекус. Та же выпечка и напитки.
— Я хочу курасан! — твердо заявляет Алина. — И йогурт! Клубничный. Или яблочный. Маам, а здесь, вообще, есть яблоки?
— Здесь есть все, — уверенно отвечает Максим.
