Какое там встать, все мои силы уходили на то, чтобы держать спину прямо и не припасть к его ногам.
От внезапного унижения на моих глазах закипали злые слезы. Значит, вот где мое место, когда бархатные перчатки сняты. Для него я никто, со мной можно не считаться. Мне было больно, как будто меня еще раз предали. В глубине всего моего существа стал нарастать протест. Я не заслужила этого унижения! Это были мои убеждения, голос крови предков, что бились за свою свободу и умирали за нее.
«Нет! – билось в моей голове.
– Я свободный человек! У тебя нет власти надо мной!»
Эти слова непостижимым образом придали мне сил, помогли вскинуть голову и встретить яростный взгляд Ворана не менее яростным взглядом. «У тебя нет власти надо мной!» – повторяла я всем своим существом, и не знаю, как поднялась с колен.
Его глаза удивленно расширились – он этого не ожидал. Мы яростно смотрели друг на друга, его сила давила на меня, но уже не могла согнуть.
– Если ты еще когда-нибудь попытаешься поставить меня на колени, – с ненавистью выдавливала я каждое слово, – то лучше сразу убей, иначе тебя убью я! – В этот момент я ненавидела его так, как никого еще в своей жизни, я даже не подозревала, что способна на такую ненависть.
– Вон из моего дома! – закричала я.
– Нет, – отрезал он. Хоть Воран еще не пришел в себя от результата нашего поединка, но уступать мне не собирался.
– Вон! Иначе я вызову полицию, и тебя отсюда выкинут.
– Вмешай сюда полицию, и завтра же ты будешь на Зеймахе.
Мы зло смотрели друг на друга, и ни один из нас не хотел уступать.
В напряженной тишине, как выстрел, раздалась трель телефонного звонка.
Я подошла и сняла трубку.
– Крис, я у Бренды, – услышала я голос Тома, – с тобой все в порядке?
– Да, все хорошо, – попыталась я ответить спокойным тоном, но в душе бушевало столько эмоций, что не знаю, насколько мне это удалось.
– Он уехал? – напряженно спросил Том.
– Мы как раз обсуждаем это. Ты сказал Бренде? – заволновалась я.
– Я только приехал, мы сейчас говорим.
– Извинись за меня, я не думала, что так получится, – попросила я.
– Ты не виновата, – успокаивал он меня. – Давай я после к тебе заеду?
– Том, не надо. – Не знаю, удастся ли мне выпроводить Ворана, но еще одной их стычки я не переживу.
– Он остается? – напряженно спросил тот.
– Я не знаю, – устало сказала я, но тут же вскинулась. – Надеюсь, ты не думаешь, что я хочу этого?
На том конце была тишина, которая заставила меня напрячься.
