"
"— Рыжа-ая, — вкрадчиво протянул и вальяжно подплыл ко мне супруг. — А ты точно так же готовилась к встрече с женихом? Бегала, суетилась и волновалась?
— Вот еще! — фыркнула я и попыталась увернуться из загребущих рук Марко. — Я-то не за кронпринца замуж выходила, а за какого-то неизвестного герцога. Сдался он мне… Во что меня нарядили, в том и пошла. Все мои мысли были заняты одним бессовестным, беспринципным, бессердечным белобрысым типом.
— Он совестный, — поймал-таки меня Марко за руку.
— Не-а.
— И принципный, — начал подтягивать к себе.
— Ничуточки!
— И сердечный, — заключил в тесные объятия.
— А вот и нет! — сдерживая смех, возразила я.
— Проверим? — рывком подхватил меня на руки муж и направился в сторону спальни.
— Да я ведь уже нарядилась к приезду кронпринца Лидара! У меня макияж, прическа, платье пышное…
— А мы аккуратненько. Прическа, макияж и платье не пострадают, — подмигнул мне синеглазый искуситель.
— А что пострадает? — тут же заинтересовалась я. Нет, ну любопытно ведь…
— Трусы? — предположил этот пошляк.
— Марко!!!
— Ну а что? Ты мое белье под кровать запихивала, теперь моя очередь. А то нечестно получается. Когда я твои вещи переносил в свою спальню, то просто вытряхнул всё из ящика на покрывало, свернул тюком и перенес. И заметь, даже не разглядывал. Самое время исправить несправедливость, которую ты совершила по отношению к моим вещам.
— Не смей запихивать мои трусы под кровать! — глядя на довольно ухмыляющегося герцога Тесоро, возопила я.
— Гм…
Спустя час я встречала кронпринца Эльденберта Ньето в ничуть не помятом платье, с не пострадавшими прической и макияжем, но… кое без чего важного и кружевного.
Убью Марко! Он таки исполнил свою угрозу. Представляю, как удивится моя камеристка, выудив из-под кровати кружевные трусики герцогини Тесоро. Нет, я дважды убью горячо любимого мужа. Потому что этот наглючий герцог не только зашвырнул деталь моего гардероба глубоко под спальное ложе, но мы так увлеклись, что… И потом, когда мы уже опаздывали, он просто схватил меня в охапку, перекинул через плечо и таким образом доставил к залу приемов.
— Ненавижу тебя! — прошипела я, ощутив на своей пятой точке ладонь. И покраснела при этом до кончиков пальцев на ногах.
— А я тебя люблю, — предвкушающе прошептал этот развратник. — И жду не дождусь окончания приема.
Я фыркнула, потупилась, но не забыла пообещать:
— Придушу!
— О да-а, — с довольной ухмылкой в голосе шепнул он.
